- Ты будешь знать обо всем, что он делает, что ест, с кем спит и что собирается делать дальше, а по вечерам будешь докладывать мне по телефону, где вы были, с кем говорили, сколько времени Пол провел в спортзале, сколько стрелял в тире... Это не сложно, Леня. Стоит только начать - дело пойдет. По-моему, Пол подустал, за ним надо присматривать... Еще «Бейлиса»?
- Нет, спасибо.
- Может, сигару?
- Я не курю.
- Ну, да, я забыл. Тебе ясно, что от тебя требуется?
Лене было ясно. Что уж яснее? Халтура засветила не столько гнилая, сколько опасная. Он готовился к чему угодно, только не к службе стукачом при Полицае.
- Это надолго? - спросил Леня.
- До конца жизни. – Романов улыбнулся. Формально, неестественно, но все же. Благо, в горькой истине оставалось место шутке.
«Пока Поля не догадается и не просверлит мне чайник, - подумал Копнов, - сверлом на шестнадцать.»
- А дела? - попробовал отмазаться он.
- Потерпят. - Ответы Романова звучали как выстрелы.
- Вообще-то...
- Что?! - густые брови Ильи Павловича вздрогнули. И Леня уразумел, что отступать некуда. Он смирился, перестал задавать бесполезные вопросы и приготовился слушать "второго папу".
- Я уже сказал, у нас небольшая неприятность, - Романов добрался до сути проблемы: - Один мудила по имени Вадим Полоцкий был должен нам тридцать косых - я отправил Пола разобраться. Сегодня утром. Он взял с собой Лазарева и Зубило, ты их знал. Так вот, Лазарева и Зубило больше нет. Этот мудила их застрелил.
- Мать честная! - Леня присвистнул. - Когда?
- Час назад. Не знаю, что там произошло, но мои ребята лежат сейчас на хате этого паразита - их надо забрать, во что бы то ни стало, если там, ты понимаешь, еще не пахнет ментами.
- А мудила?
- Сдернул.
- Что, Поля дал ему так уйти?
- Поля его не ви-дел, - прошипел Илья Павлович, вытаращив глаза. - Он не ус-пел.
- Я балдею...
Леня был нокаутирован. Все это походило на сказку: чтобы Полицай дал удрать тому, кто замочил двух его людей, да и вообще, позволил стрелять! До Копнова, наконец, дошло, чем обеспокоен босс.
Взяв себя в руки, Романов старший подошел к бару:
- Еще «Бейлиса»?
- Пожалуй, - кивнул Леня, поднявшись с кресла. - А это... можно не “Бейлис”?
- Что-нибудь покрепче?
- Что-нибудь не сладкое.
- Не любишь сладости?
- Вообще-то нет.
- Вообще-то жизнь состоит не только из любимых вещей, - заметил Романов, добавляя Лене тот же “Бейлис”. - Иногда приходится глотать то, что не любишь, да?
Естественно, Леня кивнул и молча проглотил сладкий “Бэйлис”.
- А я люблю сладкое, - признался Илья Павлович. - Первая жена научила меня любить сладости, царствие ей небесное.
- А с Полом все в порядке? Ну, чисто... - Леня постучал пальцем по голове.
- Вот это мы с тобой и должны выяснить, - с расстановкой произнес Романов старший. - Я что-то не уверен.
- Ладно, я постараюсь, - пообещал Леня.
12
Леня Копнов постарался. Единственное, что было не в его власти - это прыгнуть выше крыши и образумить Полицая, который то ли перепутал адрес, то ли вообще все на свете перепутал, ибо когда они приехали к семи вечера на Композиторов, 23, и друган потащил его к окнам квартиры на первом этаже, в которой якобы произошла перестрелка, выяснилось, что это совсем не та хата, где утром могли греметь выстрелы. Ну, совсем не та.
Между тем, Полицай не верил своим глазам: три минуты заглядывал внутрь дома через окно, нервно сплевывал на снег и недоуменно матерился:
- Че-та я ни хера не въеду, блн! Че за херня? Че тама переставили? Че за хата?... - И так далее.
Квартира отлично просматривалась с улицы и куда больше походила на дом ученого, нежели на хату должника-бизнесмена: огромный книжный шкаф с фолиантами во всю стену, красивая люстра, угловой диван, столик... А на диване - две девчонки, лет по десять-одиннадцать, одна рыжая, другая черненькая... играют на скрипках!
Полицай не въезжал в то, что ему показывают, и люто бранился.
- Слышь, Пол, там дети, - заметил Леня. - Идем-ка отсюда.
- Крали какие-то, - кивнул Полицай, прилипнув к стеклу. - Мокрощелки, бл... А где, ну, эта...
- Что «эта», Пол?! Идем, я тебе говорю, мы точно не туда залезли!
Увидев в окне пятиугольную морду Полицая, девчонки побросали инструменты и с визгом улетели из комнаты.
- Пол! - окликнул Леня, дернув другана за рукав.
- Пошел на хер, - попросил тот. Его было уже не оторвать от стекла: - Тама они, блн, все переставили, нах, конкретно, бл... Секи, Лень, все ж утром стояло не так, блн, в натуре. Куда, нах, заныкались эти чувихи? - Он постучал в окно.
- Пол! - взвыл Леня.
- Пошли, - сказал Полицай.
