Джейку стоило немалых усилий сохранить спокойный вид и не выдать изумления. Его первой реакцией был гнев — как посмел какой-то другой адвокат вмешаться в его дело, наврать с три короба и пытаться подкупить свидетелей! Этим он совершил столько нарушений профессиональной этики, что Джейк не мог бы даже сразу перечислить их все. Однако, немного поостыв, он сообразил: этот «поверенный» наверняка мошенник и самозванец. Никто из реальных коллег Джейка на такое бы не пошел.
— Что ж… — Джейк постарался сохранить самообладание. — Я поговорю с этим адвокатом и скажу, чтобы держался подальше.
— А что написано в другом, настоящем завещании? — поинтересовался Дьюэйн.
— Я его не видел. Оно было составлено адвокатами из Тьюпело, которые не обязаны его обнародовать.
— Как вы думаете, мы в нем действительно упомянуты? — спросила Камила без малейшего смущения.
— Не знаю.
— А мы можем это узнать? — не унималась она.
— Сомневаюсь.
Джейку хотелось спросить, повлияет ли подобное знание на правдивость их показаний, но он решил, что говорить пока следует как можно меньше.
— Он задавал кучу вопросов о Сете и о том, как он вел себя в ту пятницу, — сообщила Арлин. — Хотел знать, как он себя чувствовал, и все о лекарствах, которые принимал.
— И что вы ему сказали?
— Немного. Честно признаться, он был не из тех людей, с которыми хочется откровенничать. У него глаза бегали и…
— Эдакий завзятый краснобай, — вставил Дьюэйн. — Слишком болтливый. Временами я не мог даже понять, что он несет, и только удивлялся: неужели этот тип действительно адвокат? Не хотел бы я, чтобы такой представлял меня в суде, перед присяжными.
— И весьма напористый, — подхватила Камила. — Он почти требовал, чтобы мы говорили вполне определенные вещи. То есть чтобы сказали, что Сет был психически неуравновешен из-за лекарств.
— А в какой-то момент, — продолжил Дьюэйн, выпустив дым через ноздри, — он водрузил свой портфель на стол Арлин как-то странно, стоймя, но не сделал даже попытки открыть его. Думаю, хотел записать наш разговор на пленку. У него там наверняка был диктофон.
— Да, он не слишком располагал к себе, — согласилась Арлин. — То есть сначала-то мы ему поверили. Ну, знаете… приходит человек в прекрасном темном костюме, говорит, что он адвокат, вручает визитку, судя по всему, много знает о Сете Хаббарде и его бизнесе… Он настаивал, чтобы говорить с нами всеми вместе, и мы не нашли причины отказаться. Поэтому и побеседовали с ним. Говорил главным образом он, мы в основном слушали.
— Как он выглядел? — спросил Джейк. — Возраст, рост, комплекция и так далее.
Троица неуверенно переглянулась, видимо, подозревая, что единства в их описаниях не будет.
— Возраст? — повторила Арлин. — Я бы сказала, лет сорок.
Дьюэйн кивнул, а Камила добавила:
— Да, может, сорок пять. Рост — футов шесть, плотный, на мой взгляд, в нем фунтов двести.
— Минимум двести, — добавил Дьюэйн. — Темные волосы, почти черные, густые и какие-то взъерошенные…
— Да, постричься ему явно не помешало, — согласилась Арлин. — Густые усы и бачки. Без очков.
— Он курил «Кэмел», — вспомнил Дьюэйн. — С фильтром.
— Я постараюсь его найти и все выяснить, — кивнул Джейк, хотя уже почти уверился, что адвоката Рида Макси не существует. Даже самый тупоголовый юрист понял бы, что подобный визит будет стоить ему больших неприятностей и расследования комиссией по профессиональной этике. Как пить дать.
— Следует ли нам поговорить с адвокатом? — спросила Камила. — Хочу сказать, мы ни с чем подобным прежде не сталкивались, и нам немного боязно.
— Пока не стоит, — ответил Джейк.
Он собирался провести беседу с каждым из них в отдельности и выслушать их истории. При общем разговоре все так или иначе оказывают влияние друг на друга.
— Позднее — может быть, — добавил он. — Но не сейчас.
— А что будет с лесопилкой? — Дьюэйн шумно втянул в себя дым.
Джейк подошел к окну и резко распахнул его — в комнате уже нечем было дышать.
— Почему ты не можешь выйти покурить на улицу? — сердито шикнула на вице-президента Камила.
Не приходилось сомневаться, что тема курения — извечный камень преткновения. Их босс умирал от рака легких, и весь его офис пропах табачным дымом. Неудивительно, что курение здесь не возбранялось.
Вернувшись на прежнее место, Джейк обратился ко всем троим:
— В своем завещании мистер Хаббард оставил своему душеприказчику распоряжение продать все имущество за приемлемую цену и обратить в деньги. Это предприятие будет продолжать работать, пока кто-нибудь его не купит.
— И когда это случится? — поинтересовалась Арлин.
— Как только поступит подходящее предложение. Может, завтра, а может через два года. Но даже если тяжба о наследстве растянется надолго, имущество мистера Хаббарда останется под защитой суда. Уверен, по округе уже прошел слух, что это предприятие будет выставлено на аукцион. Мы можем получить предложение в ближайшее время. Но до тех пор ничего не меняется. При условии, разумеется, что служащие сумеют и дальше обеспечить функционирование производства.
— Дьюэйн обеспечивает его уже пять лет, — любезно пояснила Арлин.
