— А я и не боюсь, — отозвалась Камилла на французском языке, но тут же поняла свою оплошность и с гулко бьющимся сердцем повторила на немецком языке: —
На лице солдата появилось удивленное выражение.
— Вы француженка, мадемуазель? — спросил он по-французски, с сильным акцентом.
Камилла была так удивлена, услышав родной язык, что принялась говорить без умолку:
— Да. Это ужасно… У меня украли сумку, там были все документы… Господи…
Паника сжала ей горло. Она находилась во власти советского военного, без документов, в чужом городе, где у нее теперь не было ни одного знакомого.
— Вы ранены? — спросил мужчина, глядя на ее руки и колено.
— Это пустяки…
— Пожалуйста, подождите минутку.
Военный повернулся, в несколько шагов пересек улицу и вошел в дом без двери. Он действительно вскоре вернулся, осторожно неся в руках эмалированный тазик. Затем мужчина опустился на скамейку рядом с Камиллой и погрузил в воду свой платок.
— Он… чистый. — На лице русского заиграла довольная улыбка, он явно радовался тому, что смог подобрать нужное слово.
Камилла протянула мужчине ободранную руку, и тот ее очень бережно вытер. Когда ткань коснулась раны, девушка невольно поморщилась.
— Вы очень хорошо говорите по-французски, — мягко сказала она, пока незнакомец занимался ее другой рукой.
— О, это язык поэтов, не так ли? Я выучил его, когда был еще маленьким, а учителем был мой отец. Я очень люблю говорить по-французски, но мне не часто выпадает такая возможность, и я многое забыл.
Сбитая с толку, Камилла покачала головой. Мужчина склонился, чтобы промокнуть ее колено, которое кровоточило сильнее, чем ладони.
— Понадобятся спирт и бинт. Где вы живете?
— В отеле «Elster», около вокзала. Я потерялась…
— Следует немедленно заявить о пропаже документов. Я провожу вас. Вы можете идти?
— Полагаю, что да.
Военный протянул руку, чтобы помочь француженке подняться, и неожиданно залился смехом, а потом шутливым тоном спросил:
— Вы танцуете, мадемуазель?
Камилла улыбнулась. Было слишком темно, чтобы определить цвет волос незнакомца, но девушке показалось, что они темно-русые: шатен с карими глазами. Когда она встала, то поняла, что мужчина намного выше ее. Широкие плечи, портупея, подчеркивающая крепкий торс, — от него веяло надежной мощью. Камилла подумала, что, быть может, такой эффект достигается благодаря форме.
— Позвольте мне представится. Сергей Иванович.
— Камилла Фонтеруа, — пробормотала девушка.
— Очень рад знакомству, мадемуазель Фонтеруа. Сейчас мы отправимся в полицию, а затем я провожу вас до отеля.
На следующий день Камилла проснулась от стука в дверь. Она поднялась и поморщилась, почувствовав, как болят ободранные колено и ладони. Девушка с трудом повернула ключ в замке.
На пороге стоял портье и смотрел на Камиллу, как суровый школьный учитель.
— Уже полдень,
Портье протянул девушке конверт. Она подумала, что, скорее всего, ее приняли за советскую шпионку.
— Спасибо. Принесите, пожалуйста, кофе или чай. То, что у вас есть.
— У нас есть из чего выбрать, мадемуазель, — смущенно произнес служащий отеля.
— Тогда кофе, крепкий черный кофе.
И Камилла закрыла дверь перед носом портье, убежденная в том, что ей принесут заменитель кофе с ненатуральным вкусом.
Она налила воды в умывальник и, ополоснув лицо, кое-как вытерла его полотенцем. Затем Камилла отдернула шторы. Прекрасный вчерашний день превратился в воспоминание. На улице моросил мелкий серый дождь. Француженка вздрогнула. Под этим унылым дождем город казался еще более зловещим.
Усевшись на кровать, Камилла распечатала конверт, на котором красивым почерком было выведено ее имя. Внутри оказалась официальная бумага с печатями, выданная советскими властями, которая удостоверяла ее личность и где подтверждалось, что она стала жертвой ограбления. Затем девушка развернула обыкновенный тетрадный лист, который также обнаружился в конверте. «Ева Крюгер, Петерштрассе, 40. С дружеским приветом». Подпись неразборчива. Камилла улыбнулась, вспомнив о вчерашнем необычном вечере.
После короткого визита в комиссариат — увидев девушку под руку с советским офицером, полицейские оставили все свои дела, чтобы заняться пострадавшей, — Сергей отправился провожать Камиллу до отеля. Полицейские даже перевязали француженке колено. Она продолжала прихрамывать, но отказалась от предложения отвезти ее на машине. Быть может, потому, что хотела побыть еще немного с русским офицером?
