Мужчина с кустистыми бровями сунул Сергею под нос приходную книгу и принялся тыкать грязным пальцем в колонки цифр. Он заявил, что крайне недоволен тем, что несколькими неделями ранее в Ивдель доставили слишком мало шкур. «Теперь вам следует быть порасторопнее. Я готов спорить, что большую часть зимы вы торчите в теплых избах, ловя блох». Сергей вспомнил наставления матери, которая велела ему держать язык за зубами и никогда не грубить этим мелким чиновникам, раздувшимся от самоуверенности, как бычий пузырь. Лучше проглотить свою гордость, чтобы иметь возможность спокойно вернуться домой. А дерзкий ответ может и до тюрьмы довести. Но в восемнадцать лет так трудно держать себя в руках!
Молодой человек решил изобразить из себя дурачка, он покачал головой и пообещал: «Да, товарищ секретарь, следующей зимой мы будем вести себя совершенно по-другому». — «И постарайтесь добыть мне соболей! Вот уже несколько лет я не видел в списках сданной добычи этого меха». Сергей даже не моргал. Было бы глупостью напомнить этому невеже, что охота на соболя запрещена, а специалисты пытаются вновь заселить местные леса этими зверьками. Мужчина пренебрежительным жестом выпроводил молодого охотника: «Не топчись здесь, у меня есть дела поважнее, чем заниматься с идиотами типа тебя!»
Сергей купил несколько газет, которые тщательно сложил в свою котомку, предварительно просмотрев заголовки статей. Сталин продолжал обезглавливать Красную армию. «Правда» писала о том, что маршал Тухачевский, один из самых одаренных военачальников страны, приговорен к смертной казни как изменник Родины и шпион.
Вспомнив о встрече с партийным уполномоченным, Сергей вновь пустился через лес, в душе соглашаясь со старым Григорием Ильичом: «Да здравствует зима — тогда нас наконец оставят в покое!»
Сергей уворачивался от колючих веток, которые могли порвать одежду. Чаща вновь сомкнулась за ним. Почувствовав себя в безопасности, юноша выпрямился и быстрым шагом направился к реке.
Когда он добрался до воды, его собака так обрадовалась хозяину, как будто не видела его много дней. Сергей вытащил спрятанную лодку, заваленную лапником. Лайка не заставила себя уговаривать и прыгнула в лодку. Она улеглась на своем излюбленном месте, на носу суденышка, положив морду между лапами, выставив вперед чуткие уши. Молодой человек, в свою очередь, забрался в долбленку, положил к ногам карабин и взялся за короткие весла.
Двумя часами позже он все еще продолжал рьяно грести. Узкая лодка неслышно рассекала ленивые волны реки. По берегам мелькали серебристые березы.
Сергей ни о чем не думал, просто наслаждался чистым воздухом, ветром, ласкающим волосы. Каждый раз, возвращаясь из Ивделя, он испытывал это пьянящее чувство полноты жизни. Однако уже через несколько месяцев юношу вновь одолевало любопытство и ему хотелось взглянуть на «внешний мир». Маруся, в отличие от своего друга, была очарована большим городом, куда она ездила погостить к родственникам. Сначала такой ее настрой больно ранил Сергея. Разве ей не достаточно для счастья обитателей хутора — родных, родителей, в конце концов, самого юноши? И что такого необыкновенного в этом кино? «Там все живое, ты понимаешь, Сережа? Здесь мне просто нечего делать!» — со слезами на глазах заявила девушка. И он осознал, что его подруга не отстанет от родителей до тех пор, пока они не позволят ей покинуть родные места.
Итак, жажда перемен, овладевшая Марусей, обязывала и Сергея задуматься о своем будущем. Девушка хотела забыть о том образе жизни, который вполне удовлетворял молодого человека, и он испытывал смутный стыд из-за того, что не разделяет ее стремления к переменам.
Сергей почувствовал, что проголодался. Заметив песчаную косу, выступающую из зарослей камышей, охотник направил к ней лодку. Собака с радостными тявканьем спрыгнула в воду, а затем скрылась за прибрежными деревьями.
Сергей набрал хвороста, разжег костер и бросил в него охапку мха, чтобы дым разогнал комаров. После этого он уселся на берегу, озаренном золотистым вечерним светом, и стал разматывать леску на удочке.
Старшой обвел внимательным взглядом друзей, пришедших к нему за советом. Анна Федоровна имела вид мрачный, угнетенный: поджатые губы, хмурый взгляд. Внешне невозмутимый Иван Михайлович смотрел куда-то вдаль, но по его напряженной спине Старшой догадался, что охотника мучили сомнения.
Им предстояло принять нелегкое решение. Вот уже много лет всех троих объединяла одна тайна. И теперь Иван пытался убедить жену, что им необходимо посвятить в эту тайну и сына: мальчик должен узнать о происхождении отца. Но Анна и слышать об этом не желала: зачем подвергать Сергея ненужному риску?
И вот супруги явились к Старшому, чтобы он помог разрешить их спор. Каким бы ни было его решение, они подчинятся ему. Надо заметить, что у женщины было некоторое преимущество перед мужем: оба, Старшой и Анна, были сибиряками.
