Полицейские мигом и с профессиональной сноровкой натянули заинтересованно-непроницаемые лица, но подробный и слегка суматошный пересказ того, кто где стоял и как падал, слушали вполуха. Ничего нового им этот десятый если не двадцатый повтор прояснить уже не мог. Зато оба время от времени кидали на Ленро выразительные взгляды – не столько недовольные, сколько озадаченные, явно намекая, что никак не могут сообразить, какого беса они вообще тут делают?
Сама она тоже не слишком прислушивалась к азартной скороговорке служащего, выхватывая из нее лишь основное, и гораздо больше внимания уделяя обстановке.
Занятной, надо сказать. И здорово непривычной.
Хотя сама комната, где они сейчас оказались, ничем особо не отличалась от любой другой приемной, разве что тем самым верстаком, придвинутым вплотную к стеклу высокой витрины. И запахом. Перемешавшийся аромат лака, канифоли, воска и чего-то еще, уже совсем не опознаваемого, сочился из приоткрытой двери справа. Сделав пару шагов, Селль заглянула туда да так и осталась стоять, разглядывая почти такой же верстак, как и тут, но побольше и уже не пустой.
В самом его центре, вплотную к стене, устроился раскрытый аккордеон, потускневший, потертый, но явно дорогой, если судить по накладным пластинам и уголкам из потемневшего серебра. Рядом, панибратски прижимаясь к нему боком, расположилась гитара, мягко светившаяся новым лаком, а с другой стороны гораздо ярче и праздничнее сияло что-то духовое, чему Ленро и названия-то не знала. И там же, но уже на самом краю лежало насколько необычной формы щеток и тряпочек. А прямо над этим натюрмортом, на натянутой над столом веревке, переспелыми грушами повисли несколько разнокалиберных скрипок.
Занятно, да, но к делу отношения явно не имеет.
Сдвинувшись еще немного, Селль разглядела, что окно мастерской выходит на другую сторону, во двор, и окончательно потеряла к ней интерес.
– Господин… э-э… – развернулась она к приемщику, от красноречия которого у официалов, похоже, зубы уже сводило.
– Прувис, – с готовностью подсказал он.
– Да. Так вот, господин Прувис, хотела бы спросить, а вы тогда странного ничего не заметили? Ну, такого, что неожиданно привлекло ваше внимание? Или недоумение вызвало?
– Простите… – не сразу сообразил тот, что от него хотят. – Но так убийство же? Конечно, привлекло! Я же вам рассказываю…
– Ну, это понятно, – не стала спорить Ленро, хотя приемщика все-таки перебила, опасаясь, как бы его не понесло по пятому кругу описаний кто и куда падал. – Но, возможно, еще что? Не настолько драматичное и потому чуть потускневшее у вас в памяти? Случившееся как раз в то же время. Или, может, чуть раньше?
– Раньше? – наморщил он узкий высокий лоб с ранними залысинами и напрягся. Что-то в словах Селль его явно задело. – Раньше…
И вдруг оживился, глядя на нее чуть ли не с восторгом:
– А знаете, ведь было такое. Точно! Я именно, что удивился… – и оценив три напряженных взгляда, скрестившихся на нем, выдохнул и попытался рассказать по порядку:
– Понимаете, я ведь уже говорил, что упаковывал вот прямо здесь скрипку. За которой должны были прийти от господина Сбовена. Говорил, да?
– Говорили, – поддержала его Ленро.
– Вот! Как раз потому я в окно и поглядывал все время. И заметил перед входом того человека с футляром в руках. Длинным таким и узким… Скорее всего, басовая флейта… или даже контрабасовая… Что? Да-да неважно… Так вот, иногда, конечно, клиенты и сами приносят нам инструменты, когда требуется срочность, но никогда без договоренности! А такого у нас вчера точно ни с кем не было. Поэтому я и удивился, да. Но оказалось – зря. Он все-таки не к нам шел, а, видимо, к кому-то из жильцов выше. В гости, наверное. Сюда даже не позвонил, хотя я этого ждал и на улицу все время выглядывал. Вот такое вот совпадение оказалось.
– Интересное совпадение, да, – кивнула Селль. – Но почему в гости?
– Так раньше я его тут не видел, – развел тот руками. – Совершенно точно.
– Приметный господин?
– Да, – опять обрадовался он подсказке. – Именно что приметный. Прихрамывает и лицо такое… Словно без подбородка. Запоминается. Он, знаете ли, перед входом как раз наверх посмотрел и у него с того подбородка шарф вниз соскользнул… Наверное стесняется, раз прикрывает, да? Но оно и в самом деле смотрится не слишком симпатично…
– Прекрасно господин Прувис, – Аклс решил, что хватит уже ему изображать мебель и пора брать дело в свои официальные руки. – Вы сейчас повторите все это под протокол и постарайтесь, пожалуйста, вспомнить побольше деталей.
А получив в ответ несколько частых кивков, тут же развернулся к эксперту:
– Марч, позови сюда Варда, пусть зафиксирует. Сам же бери остальных и наверх. Снимите там все следы, если, конечно, найдете.
– Ясно, – с готовностью шагнул тот к двери, снова зазвенев мелодичным колокольчиком, и младший офицер посмотрел уже на Селль:
– А мы с вами, госпожа Ленро, тоже выйдем, но на улицу. – Что изменилось в его тоне. Пусть и не слишком заметно, но для нее – явно. – И немного потолкуем.
– Расскажете мне, когда планируете отпускать Ренда Варидала?
