До рощи пришлось идти дольше запланированного часа. Дорога проходила мимо «Фортуны», возле которой до сих пор стояло несколько патрульных машин и один черный микроавтобус. – «Наверняка спецназ», – подумал Волков, сворачивая в подворотню. Он пошел выше и, забирая севернее. Обойдя кусок строительной площадки Волков, оказался возле оврага, где он был несколько часов назад, но с другой его стороны. На улице было темно, и Волков уже не прячась, пройдя еще около километра, вышел к злополучной роще. На снегу никаких следов не было и это Волкову показалось хорошим знаком. Он дошел до колеи, оставленной автомашинами, обычно днем едущих к близлежащим деревням. Пройдя по ней достаточно далеко, сошел с нее, и вошел в рощу. Место оказалось удобным – на востоке огни новостроек, на западе взлетная полоса – ее Волков определил по шуму взлетающего самолета. – «Где-то здесь вел съемку пропавший парень», – подумал он, прислушиваясь к ночному лесу. Было холодно и не уютно. Шапки Волков не носил, а на куртке не было капюшона. Подняв повыше воротник, он двинулся по невысокому сугробу в стороны взлетной полосы. Пока шел, снег попал под штанины и уже очень скоро Волков почувствовал, как его ноги стали коченеть.
– Надо двигаться, чтобы не замерзнуть, – пробормотал Волков, высоко поднимая ноги, чтобы хоть как-то сбросить налипший на ботинки снег.
Двадцать минут такой интенсивной ходьбы и Волков расстегнул куртку. Он сильно вспотел, а мокрая рубашка прилипла к спине, доставляя при каждом движение неприятные ощущения. Пройдя рощу насквозь, он остановился под ее крайними деревьями, разглядев в темноте отблески светильников на взлетной полосе. Волков посмотрел на часы: 21.45.
– «Вчера в 22.00 сел самолет», – вспомнил Волков. – «Дождусь его и посмотрю что да как…», – решил он, прислонившись к дереву укрываясь от ветра. Но стоило, ему перестать двигаться, как мокрая от пота рубашка стала застывать, и Волкову скоро стало казаться, что он превращается в ледяную статую.
– Блин… так и замерзнуть можно! – подрагивающими от холода губами прошептал он, в который раз смотря на часы. – 21.55… Еще пять минут… Лишь бы не задержался где…
Однако самолет прилетел вовремя. Дрожащий от холода Волков проводил взглядом приземляющийся ИЛ-72 и в последний момент заметил, как от шасси отделился какой-то предмет и полетел вниз. Проследив его траекторию, не обращая внимания на холод, Волков бросился бегом к месту падения предмета, который оказался большой спортивной сумкой упавшей за охранный периметр прямо на наезженную колею. Подскочив к ней, Волков рывком расстегнул молнию и в свете Луны увидел тусклый отблеск целлофановых и больших пакетов перевязанных скотчем. Схватил один Волков, почувствовал под пальцами мякоть, словно в пакете был песок. – «Наркотики?» – удивился Волков, на ощупь, считая содержимое сумки. – «Двадцать!» – он взвесил на руке один пакет. – «Килограмма два… Ого! Сорок килограммов… »
Неожиданно слева издали блеснул свет фар машины быстро приближающей к месту падения сумки. Волков не мешкая, положил пакет обратно в сумку и нащупал какой-то листок. Быстро поднес его к глазам: «13.00» значилось на ней.
– Что за… – удивленно бросил Волков, кидая листок на место. Времени разбираться со всем этим, у него уже не было, и закрыв сумку, он быстро пробежал вперед метров десять и прыгнул к деревьям к своему «наблюдательному пункту».
Буквально через пару минут машина резко остановилась перед сумкой, и из нее вышло трое вооруженных людей. Двое держа автоматы наготове, и посматривая по сторонам, остались возле машины, а третий с пистолетом подошел к сумке и присел возле нее. Расстегнув ее, он посветил внутрь фонариком:
– Порядок, – негромко проговорил он, разглядывая пакеты. – Все на месте…
Все трое быстро загрузились в машину и так же быстро уехали, оставив после себя больше вопросов, чем ответов и самый главный из них: – «Какого хрена он здесь делает?» – так Волков почувствовал себя, когда вдали пропал свет фар уехавшей машины. И еще: – «Что, в конце концов, замышляет генерал?» – то, что дело не в пропавшем парне Волков не сомневался. – «А тогда с какого бока он здесь в этой истории?»
Волков побежал. Единственное место, где он мог спокойно отсидеться – это насосная станция. Петр Михайлович сегодня с утра заступил на суточное дежурство и до следующего утра безвылазно будет на станции.
Пять километров дались Волкову тяжело, хрипло сипя и переступая насквозь мокрыми от снега ботинками, он подошел к двери насосной станции и постучал:
– Петр Михайлович, – просипел Волков простуженным голосом. – Петр Михайлович…