— Говори! — выдохнул он прямо ему в лицо. — Да говори же!!!
— Я не знаю, кто она такая. Знаю, что проститутка из райцентра, а больше ничего. Вот сдалась она тебе!
Женька ахнула. Андрей отшатнулся, сшиб шест и вышел из-под навеса, волоча за собой зацепившуюся пленку. Витька бросился за ним следом, споткнулся о чьи-то ноги, упал, и пока в суматохе разбирался, в какую сторону ползти, весь навес обрушился сверху. Бормоча и матерясь, парни вылезли наконец из-под пленки под проливной дождь. Андрей уже был на краю леса, быстро, почти бегом двигаясь в сторону деревни.
— Его догнать надо, — очень серьезно сказал Витька.
Словно услышав его слова, Андрей бросился бежать. Они стояли и растерянно смотрели ему вслед.
— Не догонишь… — ошеломленно прошептал Сенька.
Витька прошипел сквозь зубы что-то невнятное и кинулся за Андреем. Остальные так и остались стоять под проливным дождем.
Когда он вернулся спустя десять минут, промокший насквозь, навес уже был восстановлен. Ребята молча сидели под ним в мокрых майках.
— Не догнал, — помотал головой запыхавшийся Витька. — Я его даже на повороте не увидел. Черт, это я во всем виноват!
Он закрыл лицо руками и со свистом втянул воздух.
— Какой же я идиот! Должен был догадаться, что ему родители не сказали ни о чем!
— А откуда ты вообще узнал? — робко спросил Сашка.
— Да я думал, все знают! Я даже не помню откуда! По-моему, бабушка говорила, еще когда они только переехали. Ну точно, бабушка. Она еще удивлялась, почему его мать к Андрюхе не приезжает, она ведь давно на нормальную работу устроилась, где-то в Москве. Спрашивала меня, не ездит ли к ней Андрюха. Вот я, дурак, и захотел узнать для бабушки. Кретин! Придурок!
Витька со всей силы ударил себя по лбу.
— Да перестань, Вить, не убивайся ты так, — тихо сказала Юлька. — Даже если бы не ты сказал, он все равно бы узнал.
— От кого бы он узнал? Вон Колька тоже в курсе, но не лез же с идиотскими вопросами!
Колька сидел весь красный.
Мишка посмотрел на него и неожиданно выругался матом совершенно по-взрослому.
— Мишка! — дернула его Женька.
— Что — Мишка? Что — Мишка? — огрызнулся тот. — Ну ладно, Витька сболтнул по глупости, а ты, Колян, не мог сказать, что это все фигня?
— А при чем здесь Коля?! — выкрикнула Юлька.
— А при том!
Колька сидел по-прежнему молча, ни на кого не глядя. Потом вскочил и вышел под дождь.
— Ну вот, еще один, — проговорила Женька. — Коль, иди обратно! — крикнула она.
Колька стоял под дождем, отвернувшись к реке.
— Это я во всем виноват, — повторил Витька с несчастным видом.
— Да перестань, Вить, — сказал наконец Мишка. — Никто ни в чем не виноват, просто так получилось. Вы с Колькой же не знали… Пойду приведу его.
Он вышел из-под навеса и направился к сутулой фигуре на берегу реки.
Витьке пришлось прикрыть лицо рукой, чтобы скрыть появившееся на нем выражение. Но жест в данной ситуации выглядел так естественно, что никто не обратил на него внимания. «Никто ни в чем не виноват». Как раз то, что ему нужно было услышать. «Никто ни в чем не виноват».
Капица быстро шагал к почтальонову дому. Не было десяти утра, и хозяева, вероятно, еще спали, но сейчас был такой случай, что требованиями этикета можно было и пренебречь. Четверть часа назад Капица разговаривал с патологоанатомом, и то, что сказал ему Данилов, заставило его собраться и, чертыхаясь про себя, пойти к Чернявским. Поговорить с ними нужно было быстрее, желательно пока они оба еще тепленькие. Степан Иванович усмехнулся собственному немудреному каламбуру и толкнул калитку.
Когда Тоня увидела в окно приземистую фигуру участкового в его неизменной дурацкой кепке, она поняла, что с добрыми вестями он идти не может: чего ради в воскресенье наносить визиты с утра пораньше?
— Витя! — позвала Тоня.
— Что? — высунулся он из-под одеяла.
Значит, уже не спал, только притворялся.
— Вить, к нам опять ненормальный участковый идет.
— Да ты что?!
Он сел и недоверчиво посмотрел на нее. Через секунду раздался стук в дверь, подтверждающий Тонины слова.
— А это нас арестовывать идут, — хихикнув, проворчал Виктор, натягивая джинсы.
— Ты что, с ума сошел? — обернулась Тоня с порога. — За что?
Виктор поднял на нее заспанные глаза и вздохнул.
— Супруга ты моя драгоценная, ты бы хоть классику читала, что ли… Не все ж Акуниным развлекаться. А то ведь и в неудобное положение попасть недолго. Это, образованная ты моя, Михаил Афанасьевич, который Булгаков. Слышала о таком?
Тоня повернулась и пошла по коридору к двери.
— Здравствуйте, Антонина Сергеевна, — протянул Капица, стаскивая кепку. — Поговорить бы с вами и с супругом хотелось. Не возражаете?
— Проходите, — Тоня шагнула в сторону, пропуская участкового. — Что еще у нас случилось?
— Супруг ваш встал уже? — осведомился Степан Иваныч, не отвечая на ее вопрос. — Или почивать изволит?
— С вами изволишь, — Виктор, одергивая футболку, появился в дверях и хмуро кивнул участковому. — Доброе утро. В чем дело?
— Да вы проходите в зал, — негромко предложила Тоня. — Не в коридоре же стоять.
