– Тебе девочка подарила? – словно глухая, переспросила она.
– Да. Я ей нравлюсь, наверное…
Родительница задумчиво почесала за ухом.
– А где же твой друг писаный из 1 района? Почему он ничего не дарит? Аааа?
– Мы больше не друзья. Он плохой и жадный. Точнее, я для него не гожусь. Теперь я дружу только с китайцами из 4 района!
Мать задумчиво отошла с гаджетом от балкона, сын хвостом увивался следом. Она что-то клацала и задумчиво прицокивала, потом остановилась и долго смотрела на стену. Орлана потихоньку прошибал пот.
– Девочка – китаянка? – наконец выдала Заграва.
– Да. Мамулечка, родненькая, эта девочка мне должна вот-вот позвонить, мне надо подготовиться что отвечать! Отдай, пожалуйста, гаджет!
– Во как запел! И мамуля и девчуля… А ты ей что дашь?
– Когда выросту и буду зарабатывать, то сказал, что отблагодарю.
– Про родителей надо помнить в первую очередь! Но если девка разбрасывается вещами, значит есть средства! Она их сама заработала что ли? Транжирит тоже родительские закрома, как и ты!
– Ты права! Ну…
Гаджет завибрировал. Орлан выхватил устройство из рук матери и быстро скрылся на балконе. В субботу отец рассматривал его подарок. Родители что-то перетирали между собой, кажись, даже спорили, но не забрали.
Сегодня, в воскресенье, он свободно выдохнул. Вчера они снова ходили с Мишель к репетитору, занимались, а позже ели пирожные – по два на каждого. Думая о своем, паренек решал задачи на родном балконе.
– Ты только погляди – лыбится и лыбится целыми днями!!! Прямо подменили нашего оболтуса! – то ли радовалась, то ли огорчалась мать.
– Да оставь ты его в покое, видишь – он втюрился! У нас свои дела, пошли!!! – проговорил отец.
Предки ушли. Орлан то жевал еду из контейнеров (двух), то решал геометрию, то смотрел мультики (пока никто не видел), то посылал кучу смайликов и разных красивых зверьков Мишель. Наверное, девочка, получая от него знаки внимания, тоже улыбалась, так как в ответ приходили прикольные зверьки и даже пара сердечек.
Как хорошо жить, когда есть настоящий друг!
Вилен Григорьевич в «Тренажерке» пытался вытянуть из него подробности встречи Нового года. В школе Сергей приполз на уроки и весь день плотоядно ухмылялся Марии, правда, больше телодвижений видно не было.
Дэйв нехотя ел очередной куриный суп дома. Еще немного и он сам будет квокхать вместо курицы, но ничего – постепенно он втянется… Как привык ездить в «Тренажерку» по утрам, так и жрать трижды в день суп тоже осилит. Альтернативы он не видел.
– Звали? – зашел Гу Ли. Вид у китайца был, словно он только что проснулся.
– Конечно. Ты работать собираешься?
– Что конкретно надо?
– Одень что-то поприличнее этих лохмотьев и выезжаем сразу.
– Костюм в смысле?
Дэйв только кивнул и продолжал сёрбать суп.
Через полчаса они подъехали к месту проживания Мохненко. Гнески еще раз прокрутил в голове правдоподобное объяснение своему неожиданному визиту, и они вышли на свежий воздух. Китаец всю дорогу шмыгал носом, даже когда они поднимались в лифте.
– Ты заболел?
– Нет. Странно, что мы где-то просто ездим. Вы же предпочитаете сидеть дома как затворник. Я слегка отвык.
Блондин кинул уничтожающий взгляд, типа «Присохни!», и они благополучно высадились. Мужчина – то ли охранник, то ли швейцар – показал куда пройти.
– То ли вечер, то ли день… То ли добрый, то ли нет… – обратился к ним мужик тучного вида.
И тут Дэйв прикусил себе язык. Он ожидал увидеть дряхлого старикана с палочкой и маразмом наперевес, а перед ним сидел боров кило так под 140, с бычьей шеей, огромным квадратным подбородком, явно себе на уме. Визитер сглотнул, и все мысли разом вылетели у него из головы – здоровяк как раз сейчас плотно обедал-ужинал минимум шестью блюдами и заодно баловался кальяном.
– И Вам доброго времени суток, – сдержанно произнес Гу Ли и незаметно пихнул его локтем.
– С чем пожаловали? Если с добром, то милости прошу присоединяться к моей трапезе, – широким жестом указал Мохненко на стол.
– Да я по делу. Спасибо за угощение. Мы просто присядем, – наконец нашелся Дэйв.
– Тощая кляча – еще не газель, – хохотнул мужичище. – Специально сидишь, небось, на диетах, чтобы быть интереснее бабам? Зря! Бабы – они больше нас на еду падкие!
Гости присели на диван, но Дэйв чувствовал себя неуютно и противоестественно. Мохненко тем временем продолжал наслаждаться кушаньями, прикрыв от удовольствия глаза-щелки и покуривая кальян. И как это у него сочеталось – вообще непонятно?!
– Я слышал краем уха, что Вы хотите продать свою компанию «Эликсир», – парень решил сразу перейти к сути, чтобы быстрее убраться из этого места.
– ЧТО??? – рявкнул мужик. – Я РЕШИЛ???!!! Ты, вшивый Гнески-младший, хоть мало-мальски разбираешься в жизни! Сопля малолетняя!!!
– За сколько? Меня интересует цена. Может быть, я тоже хочу у Вас ее перекупить, – как ни в чем не бывало продолжил Гнески, хотя внутренне весь закипел от злости на «соплю».
