– У нее был любовник, – сказала я. Это был не вопрос, а скорее утверждение.
– Я не могу говорить с вами об этом. – Ольга попыталась подняться из-за стола, но я схватила ее за руку.
– Я хочу найти свою мать. Или хотя бы понять, что произошло. И на вопросы морали мне в данный момент плевать.
– Я рассказала все, что мне известно.
Ольга все-таки встала и чуть ли не бегом направилась к выходу, а я выругалась сквозь зубы. Теперь я почти не сомневалась: у мамы был любовник, и Ольга об этом знала. Но чертова моралистка решила хранить светлую память о своей работодательнице. Старик не мог быть ее любовником. Соседи что-то напутали. Но зачем-то квартира маме понадобилась.
О завещании отец ничего не сказал. Просто забыл? Или не придал этому значения. Мне бы и в голову не пришло претендовать на бизнес. Во-первых, у меня другие интересы, во-вторых, это бизнес родителей, и я не имею к нему никакого отношения, и в-третьих, он – мой отец, я привыкла полагаться на его мнение и соглашусь с любым его решением, независимо от того, что написано в бумагах. Однако неприятный осадок остался. Ольга права: с какой стати маме писать завещание? Она чего-то боялась? Ей угрожали? Но не отец же, в самом деле.
В глубокой задумчивости я возвращалась к машине. И тут услышала лихой свист. Нет бы идти себе дальше, но я зачем-то повернулась.
Возле тротуара стояла роскошная тачка с открытым верхом, в ней сидел Лео Берзинь и, помахав ручкой, сладенько мне улыбнулся. Сразу захотелось сделать гадость или хотя бы гадость сказать. Я похлопала глазками, мол, простите, не узнала, и направилась к своей машине. Лео, не открывая дверцу, выпорхнул из своей и пошел ко мне.
– Какая встреча! Ну и повезло мне! – сказал весело.
– Я не знакомлюсь с мужчинами на улице.
– Поверить не могу, что ты успела меня забыть. Хватила лишнего в тот вечер?
– Отвали, – ласково попросила я.
– Грубость девушку не красит, но, несмотря на это, что-то во мне хочет пригласить тебя выпить. Кофе, разумеется. Как тебе идея?
– Дерьмовая.
– Да ладно. Кстати, твоя ершистость мне нравится. Возбуждает. Ну так что? Вполне приличная кафешка, – кивнул он на вывеску по соседству.
– Не боишься, что твою тачку угонят? – съязвила я.
– Не боюсь. Готов идти на жертвы, лишь бы ты сказала «да».
– Мне следует рухнуть в обморок от счастья?
– Неплохо бы.
– Ладно, пошли.
Пререкаться, стоя посреди тротуара, мне уже надоело, а он был из тех, кто не успокоится, пока своего не добьется.
Мы вошли в кафе и заняли свободный столик.
– Кофе? – деловито осведомился он. – А может, коньячку? Помогает расслабиться.
– Дружишь с бутылкой? – вновь съязвила я.
– Не-а, не дружу. Но связь поддерживаю.
– Кофе, – сказала я подошедшей официантке.
– Мне тоже, – вздохнул Берзинь.
Девушка отправилась выполнять заказ, а он сказал:
– Напомни, как тебя зовут.
Я закатила глаза и ответила:
– Жозефина.
– Вспомнил, – ткнул он в меня пальцем. – Анна. Чересчур серьезно, на мой взгляд. Меня можешь звать Лео.
– Лучше Леней. Лео звучит совсем уж по-дурацки.
– Заметано. Ты будешь звать меня Ленькой, а я тебя Нюськой. Уверен, мы подружимся.
– Это вряд ли.
– Можно небольшой комментарий?
– Валяй.
– Нюся, ты дура. Таким, как я, не отказывают.
– Взоры всего свободного мира обращены к тебе?
Он засмеялся и сказал:
– Кстати, мой отец не ладит с твоим отцом.
– И что в этом хорошего?
– Меня всегда тянуло к драматургии. Ромео и Джульетта…
– Теряюсь в догадках, почему я все это слушаю.
– Потому что я веселый и приятный парень? И мир со мной становится лучше?
– Давай пропустим эпизод, где ты покоряешь меня своей немыслимой харизмой. Может, наконец скажешь, чего ты ко мне прицепился?
Кофе к тому моменту нам уже принесли, и мы его успели выпить.
– Что за странный вопрос? Ты практически девушка моей мечты. Я собираюсь сделать тебя счастливой.
– Повезло мне.
– Еще бы.
– А как же твой папа, который не дружит с моим?
– Старикам придется это пережить. Кстати, что у тебя с Ильей? Надеюсь, ничего серьезного?
– А что у тебя с девицами, которые на тебе висли?
– О, о них можешь не беспокоиться. Имена, пароли, явки я уже забыл.
– Ну меня ты тоже не сразу вспомнил.
– Зато теперь точно не забуду.
– Пойду лить слезы радости в своей девичьей светелке, – сказала я, поднимаясь. – Спасибо за кофе. – И поспешила смыться.
Лео пришлось задержаться, чтобы расплатиться, этого времени мне хватило добраться до машины. Когда он появился на улице, я уже отъезжала. Он отсалютовал мне, широко улыбаясь, а я показала ему язык. Сердце подозрительно трепыхалось, что слегка насторожило. Это ж какой дурой надо быть, чтобы влюбиться в подобного типа. К счастью, я далека от этого. Однако весь день я нет-нет да и возвращалась мыслями к недавней встрече. Берзинь сказал, что наши отцы не ладят. Надо бы узнать, в чем там дело…
Илья позвонил около семи.
– Ты на работе или дома? – спросил он.
– На работе, но собираюсь домой.
– Задание выполнил. Готов отчитаться. Говори, куда ехать.
К моему дому мы подъехали практически одновременно, пока я парковалась, появился Илья.
– Поднимешься? – сказала я, когда мы встретились возле подъезда.
