Похоже, и за работу, что хотят предложить, платить мне никто не будет. Так и оказалось, обещали какие-то туманные благодарности. Нужно было угнать у американцев новейший танк, что проходит в этом конфликте боевые испытания. Чую, тут уши советников из Союза торчат, северо-вьетнамцам вряд ли интересен этот танк. Однако задача поставлена, и его нужно добыть, желательно целым. В общем, я дал добро. Всё равно выполнять не собираюсь, а сделаю ноги, но говорить об этом я не стал. Только эти шантажисты поступили хитрее. Я направлялся на задание не один.
Люди, что служили в контрразведке, были профессионалами, ни одного шанса, пока мы двигались к нужной базе, мне для побега не дали. Контролировали каждый шаг. Вещи с опушки мои принесли, и на второй день после захвата нас подкинули на двух вертолётах Ми-1, а дальше мы пересекли невидимую границу Юга и Севера и уже двигались на своих двоих. Где находится база, тем было известно, даже модель танка – М551. Это был лёгкий авиадесантный плавающий танк США. Видимо, специалисты в Союзе хотели узнать, какие новинки имеются в танке, сделали заказ, а северяне, получив его, почесали тыковки, от пленных узнали о прибытии пяти первых машин, танк уже серийно выпускается, и решили угнать. А для угона использовать меня, история о субмарине, как это ни секретили, уже разошлась. Тем более броню я уже угонял, чему есть свидетели, об этом тоже слухи пошли. Решили всё за мой счёт сделать.
Надо сказать, почти получилось, пять бойцов, что меня сопровождали, конечно, спецы ценные, но когда я проложил тропу через минное поле и проник на территорию базы, они со мной были, то отвлёк их и заперся в танке. Проверил уровень топлива, боекомплект тоже полный был, и, запустив движок на максимальной скорости, начал гонять по лагерю, танк оказался на удивление шустрым, роняя здания и давя палатки с содержимым. Сделать те всё рано ничего не могли. Погоняв, прорвался к месту, где разминирование проведено было, отметив, что впереди двигается такой же танк, видимо спецы перегоняли, повалил забор и просто умчался. Потом ещё тридцать километров проехал, с пяток речушек и одно болото преодолел и, выбравшись на сушу, поставив машину под деревья, решил передохнуть. Где спецы, без понятия, я в другую сторону умчался. А вообще угнать технику – это половина дела, главное – доставить её к нашим. Танк мне был и нужен, только чтобы сбросить надзор, на четыре миллиона я уже рукой махнул, так что доберусь до тайника, заберу своё честно заработанное, но треть отдам сиротам, это святое, и отправлюсь в Аргентину. Может быть, даже своим ходом. Куплю парусную яхту, небольшую, и в путь. Это будет интересный опыт.
Проснулся я от стука по броне. Осторожно перебравшись на место командира, осмотрелся через приборы. Хм, северо-вьетнамские солдаты, и несколько держат на прицеле танк. На плечах у них китайские РПГ были. Офицер, что стоял на корме, ещё раз постучал в люк.
– Что надо? – спросил я, мысленно планируя свои дальнейшие действия.
Тут не сбежишь, сожгут, значит, придётся сказать, что танк угнан по заданию армии, так что выдадут сопровождающих, и придётся гнать дальше. По пути попробуем сбежать.
Не получилось. Пообщаться с офицером удалось благополучно, он посадил в танк трёх солдат, и мы покатили дальше. Топлива едва хватило добраться до деревни, где нас ждали, сбежать не получилось. В общем, я передал танк северо-вьетнамской армии в лице того капитана.
– Где группа? – хмуро спросил офицер.
– На базе осталась, нашумела. Пришлось драпать как есть. Хорошо, оторваться смог. Где мои деньги?
– Ты их передал в фонд свободы Вьетнама, вот квитанция, – протянул тот мне бумажку.
Я только нахмурился, хотя с потерей денег уже смирился.
– А за танк оплата?
– Мы приносим тебе благодарность и предлагаем поступить к нам на службу. Тебе четырнадцать, но призвать сможем.
– Спасибо, как-нибудь в другой раз.
Кинули меня классически, но хоть отпустили. Забрал вещи и вскоре скрылся в лесу. При этом почти сразу обнаружив две группы, что шли за мной, и одна впереди. Обложили. Забравшись на дерево, я дальше двигался только верхом по ним, и спал там. Вскоре сообразив, что меня потеряли, я вернулся ночью в деревню, там как раз танк на баржу загоняли, я им подсветил, кинул бутылку с бензином на надмоторную полку и нырнул в воду, уходя от автоматных очередей. Танк и баржа ярко полыхали, потом там и до детонации боекомплекта дошло, а я поднимался вверх по течению реки, там выбрался, забрал вещи, оделся и побежал прочь. Ответ ведь тоже всегда должен быть адекватным. Офицеру я карьеру испортил. Тот наверняка уже доложил наверх, что танк добыли, а тут его сожгли. Пусть объясняется, кто это сделал и почему. Отбежав подальше, я поел, кстати, последняя пища, нужно докупить, и, забравшись на дерево, обвязался верёвкой и вскоре уснул.
