Ельцину была оказана существенная помощь и во время событий августа 1991 года, когда руководящая верхушка СССР, блокировав Горбачева, попыталась восстановить систему, обеспечивающую целостность СССР. Сторонники Ельцина удержались, причем он обрёл значительную (хотя и не полную) реальную власть над силовыми структурами.
Все союзные республики, воспользовавшись ситуацией, объявили о своём суверенитете (правда, многие сделали это в своеобразной форме, не исключавшей их членства в Союзе).
Таким образом, сейчас де-факто произошёл распад Советского Союза, однако де-юре Советский Союз существует. Я уверяю вас, что в течение ближайшего месяца вы услышите о юридическом оформлении распада Советского Союза..."
(конец вводных)
--------
- Были и даже есть бабы с яйцами.
- Типа Мата Хари?
- Вот уж нет! Подумаешь, расстреляли зарвавшуюся блядь, а писков-то сколько! Правильно расстреляли - стала путать собственное блядство с работой, в которую оказалась вовлечена. Либо дура, либо жадная, либо то и другое вместе. Работая на разведку, нельзя брать халтуруку на стороне. Я про Тетчер. Есть женщины - они в политику не идут, есть бабы - такие везде, но есть и вовсе не бабы, а биологические недоразумения - мутации вроде Новодворской - не к ночи будет упомянута! - но я опять же не об экземплярах паноптикума...
- Щепка! Тормози про гнилушку - надоело! Извилина, расскажи историю, чтобы солдатская, под настрой, с философией, правда, да и хрен кто такую раньше слышал!
- Ну, барин, ты и задачки задаешь! - тянет кто-то.
Но Сергею повторять не надо. Этих историй у него тысячи - каждой место и время.
- Во времена средневековых войн один наемный солдат спас город Сиена от иностранных захватчиков. Никакие деньги или почести - сочли горожане - не шли ни в какое сравнение с тем, чем их город сохранил свободу! Обсуждалось не провозгласить ли солдата правителем города? Но и это горожанам казалось недостаточно. Наконец, кто-то из участников ассамблеи, собранной специально по этому поводу, предложил: "Давайте его убьем и провозгласим святым покровителем города!" Что и было проделано - с воодушевлением!
- Бздец! Надеюсь, история без намека.
- Будущее отбрасывает тени?
- Сплюнь!
- Куда? Тут тесно, аккурат на Федю получится, а он... ну, вы сами видели. Как отсрочит лет на пятьдесят!
- Тогда я первый в очереди! Куда Феде плевать? В ухо?
"Четвертый" молчит, но слушает внимательно... как всегда.
- Черт те знает, чем занимаемся, - вздыхает под свое сумрачное Седой. - Извилина, а криминальные в твоем раскладе задействованы?
- Задействованы, но не эти.
- Надо бы и этих ...
- Расходным материалом?
- Да нет, свои мужики. Есть средь них... - с нажимом говорит Седой, не вдаваясь в подробности. - Есть-таки! Просто не сложилось им нашей похлебки вкусить, вот и пошли в слепни. Для них это что-то вроде хобби, куража ищут, надо бы им другое направление показать...
Извилина сам понимает, что из таких, что не ладят с законом при любом режиме - "власть - сама по себе, мы - сами по себе", во времена вражеских нашествий, получаются лучшие партизанские отряды. Только вот нашествие на этот раз произошло иное, хитрое. И тут, пока телевидение не объявит, мол, "нашествие, братцы, спасайте!" - даже не поверят. Не дано такого понять, не умещается в голове, что телевидение давно вражье, не за государство оно, а вовсе даже наоборот, и газеты тоже, и радио, и всякая иная говорильня, что не блюдут они больше интересов ОБЩИНЫ, а вбивают клинья, пытаются уничтожить, и преуспели...
- Что самое сложное во взятии банка?
- Отход! - ни секунды не задумываясь, говорит Замполит. - Унос себя драгоценного и, желательно, изъятого.
- Вот, допустим, ты обращаешься к специалистам по изъятию банковских излишеств и предлагаешь им обеспечить гарантированный, заметь - гарантированный! - отход. Освобождение от преследования и прочих неприятностей. Поверит ли в серьезность предложения, если не объяснить каким образом это будет сработано? Согласятся пойти втемную?
- Залог.
- Какой залог?
Седой говорит - "какой". И, действительно, все понимают, только такой и может быть залог на подобных условиях. Человеческий - женами, детьми...
Георгий машинально сплевывает в ладонь - смотрит, нет ли крови. Растирает между ладоней.
- Можно и так.
- Постараются кинуть.
- Только несерьезные.
- Эти тоже.
- Есть другие, - говорит Сергей.
Седой успевает многое: заскочить в молочный павильон, сторговать кусок козьего сыра, и уже дома, обогатившись с грядок, моментом настругать таз салата, который по какому-то недоразумению обозвавшись "греческим", порадовав глаз объемом, оскорбил мужские желудки отсутствием калорий, что опять дало повод Мише заговорить о баране, Сашке о Мише, а Георгию, прервав обоих, о боевом расписании...
