— Погиб! — рявкнул в ответ Боргард.
— Маги?
— Мертвы!
— Рижак и Астарк?!
— …и сэр Урих! — продолжил за него граф. — Эти слюнтяи прогнулись под напором демонов почти сразу же. Они и их ратники попытались бежать, но не смогли. Если бы не подоспели мои люди… лагерь пал бы еще час назад. Все мертвы, сэр Эрл, все мертвы, кроме нас! Надо отходить! Надо подниматься выше в горы…
Лапа, вооруженная длинными кривыми когтями, вцепилась в булыжник завала. Эрл и Боргард почти одновременно ударили по ней. Меч и топор размозжили конечность — и ее обладатель, воя, полетел в пропасть под укреплениями.
Эрл кинул взгляд на вершину кучи камней. Два багровых пса рвали на части серебряного волка — его раны источали серую полупрозрачную дымку. Сколько уже этих удивительных созданий, принявших на себя первый удар атаки демонов, погибло на глазах горного рыцаря! А этот, кажется, был последним…
Сэр Эрл сначала прочел Закрывающее Слово Тьмы. А потом, когда из трещин в камнях поднялась непроглядная чернота, ответил Боргарду:
— Отходим.
И он, и оставшиеся в живых рыцари Серых Камней — граф Боргард, хозяин замка Орлиное Гнездо, и барон Трагган, хозяин замка Полночная Звезда, — понимали: это отступление всего только отсрочка неминуемой смерти. Пусть там, на верхних отрогах, они отобьются от демонов, пусть воля богов будет такова, что они выживут в этой битве… Но несметные полчища королевских солдат рано или поздно настигнут их, горстку израненных и измученных…
Боргард ухнул филином, подавая знак Траггану. И, видя, что из-за завесы Тьмы не появляется ни одна ощеренная пасть, спросил Эрла:
— Что это за дерьмо?
— Это задержит тварей, но ненадолго, — ответил горный рыцарь, надевая на левую руку щит. — Нам хватит времени, чтобы отступить на ведущие вверх тропы.
Откуда-то появился Бранад. Шлема на нем не было. Лицо заливала кровь.
— Простите, милорд… — задыхаясь, сказал он Эрлу. — Мне казалось, я навсегда потерял вас в этой неразберихе. Одно из чудищ, которое я пронзил мечом, рухнуло прямо на меня, едва не задавив…
Боргард скользнул по Бранаду равнодушным взглядом. Эрл, который не думал уже увидеть своего оруженосца живым, хлопнул Бранада по плечу.
— А что, сэр Эрл, — хмыкнул вдруг граф Боргард, подняв забрало, — сдается мне, еще какое-то время престол Гаэлона будет пустовать.
Горный рыцарь взглянул прямо в глаза хозяину Орлиного Гнезда.
— Ага, — сказал Боргард. — Идя по пути Долга, мы должны были наступать в твой след, сэр Эрл, потому что когда-то мы все избрали этот путь. Этой ночью мне показалось, что ты свернул на такую тропку, куда нам ходу нет. Но я рад, что ошибался. Я рад, сэр Эрл, что ты остался там, где и должен был остаться. Печально было бы понимать, что мы присягали в верности не тому. Главное… — будто прочитал Боргард мысли Эрла, — чтобы беззаконного короля не стало. Так ведь?
Говорить что-либо показалось Эрлу ненужным. Он просто кивнул.
В первый раз Равв вынырнул из пучины беспамятства, когда равнина все еще сотрясалась от тяжкого грохота. Он открыл глаза — лагерь полыхал. Но не обычным пламенем, а чем-то совершенно невообразимым: по земле скользили извивы синих молний, шатры взрывались громадными черными цветками, зазубренные клинки желтого с прозеленью огня рвали на части метавшиеся среди всей этой бешеной вакханалии фигурки людей и гномов. Потом небеса стали пульсировать ослепительными вспышками — и Равву пришлось закрыть глаза, чтобы их не выжгло. Снова теряя сознание, он так и не понял: жив он или уже умер.
Когда он пришел в себя во второй раз, вокруг было тихо. Только потрескивал где-то невидимый в клубах бурого дыма огонь.
Рядом с ним стояли гномы — пятеро. У троих из них бороды были сожжены почти полностью, так что сквозь спекшиеся жесткие волосы просвечивала покрасневшая кожа, у двоих бороды оказались целы, но пропитаны кровью, словно подушки на постели зарезанного во сне. Доспехи всех пятерых изъязвляли черные рассечины, и отчего-то Равв сразу понял: далеко не все эти пробоины являлись следами от ударов человеческого оружия.
Он поднял голову, озираясь. Один из гномов что-то сказал собратьям на своем гнусавом, точно состоявшем из одних только согласных, гномьем языке. Равву показалось, что голос карлика звучал удивленно.
Когда двое из Маленького Народа подхватили его под руки и потащили куда-то, Равв решил не сопротивляться.
