— Словно все Твари, роящиеся за Стеной, собрались в одном месте и на время затаились, ожидая, когда Дохлый Шатун приведет нас в Красные Столбы и Крадущиеся задержат там, пока остальные не сомкнут вокруг нас смертельное кольцо, — длинно выдохнул Ранк. — Это я после догадался. А во время боя мне было не до того. Две Крадущиеся Твари вцепились в мой щит, я не успел и глазом моргнуть, как их челюсти искрошили его в мелкие осколки. Мне приходилось двигаться вдвое быстрее, чтобы защищаться одним только мечом. Но брат Равар… Он сразу все понял. Он взглянул на брата Араца, и тот без слов бросил ему свой арбалет. Равар, поймав арбалет, обратил на брата Араца Трубку Временных Стен. Этот амулет сработал вовремя. Брат Арац был сильно изранен — помню, на его плече висела, и после смерти не разжимая челюстей, отрубленная голова Крадущейся, он едва держался, чтобы не упасть. Вокруг Араца поднялись сияющие прозрачные Временные Стены. Крадущиеся с воем кидались на Стены, но отлетали в сторону. Арац стоял не двигаясь, опершись на щит, поджав искалеченную ногу, и бормотал что-то под нос. А брат Равар уводил нас все дальше и дальше — мы на ходу добивали увязавшихся за нами Крадущихся. Я крикнул Равару, что нужно дождаться Араца, потому что Временные Стены очень скоро истают и Арац останется один против целой своры Тварей. Но брат Наллай пихнул меня локтем в бок и велел быстрее переставлять ноги.
Ранк перевел дыхание. Глаза его были сухи, и голос звучал хоть и хрипло, но ровно.
— Твари, видя, что брат Арац стоит неподвижно и даже не защищается, тогда как достать его нельзя, словно обезумели, — говорил он. — Они бросались на Стены снова и снова. Сияние Стен стало меркнуть, и из тумана начали появляться Твари, которых мы слышали. Они устремлялись к нам, но большая их часть поворачивала к Арацу — свет Временных Стен, такой неестественный в тусклом мире Болот, притягивал их. Мы отошли довольно далеко, но гаснущее сияние Временных Стен развеивало пелену тумана. Я увидел, как Арац, отбросив щит, вдруг стал поворачиваться вокруг своей оси — сначала шатко, потому что, наступая на ногу, откушенную по щиколотку, он чувствовал страшную боль. А потом словно какая-то сила подхватила его, он вращался все быстрее и быстрее, казалось не касаясь вовсе земли. Когда сияние Стен померкло окончательно, происходящее скрылось от наших глаз. Но только на мгновение — тут же одна за другой на том месте, где стоял окруженный Тварями брат Арац, заблистали вспышки. И я увидел, как Арац крутился волчком, раскинув руки, а с его рук слетали красные брызги — вмиг вытягиваясь и истончаясь, они превращались в короткие ярко-красные клинки. Клинки эти кромсали Тварей, врезались в топкую землю и взрывались снопами искр. От предсмертного воя Тварей — мне почудилось — едва не треснуло небо. А потом… Сверху на нас обрушились Крылатые Гадюки, справа — атаковали Серый Горбун и Дробящий Увалень, слева — бросились два Зубастых Богомола. Гадкие Дикобразы, держась поодаль, осыпали нас своими иглами. У меня не было щита, и я был вынужден отбивать летящие в меня иглы ударами меча. Я больше не мог смотреть в ту сторону, где мы оставили брата Араца. Я понял только, что он уничтожил всех Тварей, которых привлекло сияние Временных Стен, — всех до одной. Я не знаю, что за заклинание он использовал. И брата Араца я больше не видел.
— Это Алая Смерть, — проговорил Кай. — Это заклинание почти никогда не применяют. И уже довольно давно Мастера не открывают его ученикам Укрывища. Оно одно из самых мощных, используемых человеком, но, применив его, заклинатель отдает всю свою жизненную силу, до последней капли. Истребив Тварей, брат Арац упал мертвым. Что было дальше?
