Мужчины стонали, поднимаясь со снега, другие поворачивались и смотрели на амбар. Один, по крайней мере, неподвижно лежал во дворе. Дрем стоял чуть поодаль, расставив ноги и метнув копье, и видел, как оно вонзилось в грудь мужчины, повалив его на спину, и кровь хлынула яркой струей на снег.
Мужчины закричали, увидели его. Начали двигаться.
Дрем дотянулся до своей связки оружия, лежащей на ящике рядом с ним, взял короткий топор, поднял его вес и бросил. Человек упал, разбрызгивая зубы и кровь.
Он схватил рукоятку ножа, еще раз прикинул его вес и метнул его в людей, толпившихся у открытых ворот. Крик, споткнувшийся человек, еще один топор и нож, и снова бросок. Потом они оказались слишком близко, и Дрем уже бежал к задней части сарая, остановился у бочки с известковой водой, оставшейся после дубления прошлогодних мехов, взмахнул огнивом и высек искры.
Когда бочка загорелась, он ударил по ней ногой, волосы запылали, люди позади него заскользили, одного из них толкнули в пламя, и он закричал в агонии, а Дрем бежал дальше, схватив поводья пони, которого он оставил оседланным и привязанным у задней стенки сарая, и пиная доски, которые он срезал вчера вечером. Он выскочил на яркий дневной свет и снег, а его пони с готовностью последовал за ним, спасаясь от пламени и криков. Дрем взобрался на свою лошадь, натянул поводья и пустился галопом вокруг сарая к передней части двора. Крики позади него, хруст шагов по снегу подсказали ему, что по крайней мере несколько человек все еще преследуют его.
Он пришпорил пони, она взревела и рванулась вперед, дюжина шагов - и она уже почти скачет, ветер вырывает слезы из глаз Дрема, ворота его двора приближаются.
Удар, крик его лошади, и он упал, отбросил себя в сторону, захрипел, ударившись о снег, и увидел, что его пони падает, а из ее груди торчит копье. Она снова закричала, попыталась встать на ноги, но силы ее покидали, кровь окрасила снег в розовый цвет.
Дрем, шатаясь, поднялся на ноги, дико огляделся, увидел Виспи и горстку людей, бегущих на него, шум людей позади.
Какой-то отстраненной, аналитической частью сознания Дрем надеялся, что с козами и курами все в порядке, что они спаслись от огня, который теперь полыхал в сарае, поднимая в небо черный дым.
Он вытащил меч и почувствовал утешение от осознания того, что он даст хороший бой, более чем хороший. Достаточно, чтобы его отец гордился им. Теперь он просто хотел забрать с собой Виспи Бороду. Виспи бежал к Дрему, с мечом в руке, выкрикивая приказы, брызгая слюной, почти бессвязно.
'Почему бы тебе самому не прийти и не убить меня?' крикнул Дрем, сам удивляясь своей страсти, и бросился к Виспи. Он был рад увидеть, что в его глазах мелькнул страх. Но тут его обступили другие, выстроившись полукругом вокруг Дрема.
Он не стал ждать их, а бросился на Виспи, поразив его, и с разбегу рубанул мечом. Виспи попятился назад, скорее спотыкаясь, чем делая выпад мечом, и успел поднять свой меч, отразив клинок Дрема, хотя тот все равно прорезал красную полосу на руке Виспи сквозь меховой плащ. Дрем снова замахнулся, дикий удар, его понесло дальше, его клинок врезался в торс Виспи, кожа и мех отклонили лезвие, но Дрем услышал отчетливый звук ломающихся ребер, а затем Дрем врезался в человека, оба споткнулись, упали на землю, конечности спутались, меч Дрема вращался в стороне. Виспи ругался и плевался, пытался ударить Дрема головой, не смог, вместо этого попытался укусить его, сумел вцепиться в ухо. Дрем почувствовал боль, но как бы отстраненно, полностью сосредоточившись на том, чтобы нанести этому человеку как можно больше увечий, пока не кончилось время. Ему удалось нанести удар по лысому затылку Виспи, он почувствовал, как тот на мгновение ослаб, зубы отлетели от уха, и Дрем вырвался, поднялся на ноги.
