— Если ты уверен, что не сделаешь хуже, — парень смотрел в окно на сумеречный фасад своего дома, потом всё же повернулся лицом к вампиру. — Ты читал мои мысли о себе? — Эдвард кивнул и хотел что-то сказать, но Гарри продолжил: — Значит, знал о моей симпатии и вместо того, чтобы немного держать дистанцию, ты наоборот стал сближаться. Почему?
Гарри был неопытен в отношениях, но и глупым он не был. Когда он понял, что Эдвард знает, у него было немного времени подумать, попрощаться с Калленами, получить от Элис нелепую подсказку из подмигивания и подёргивания бровями. Он вспомнил, что девушка ему говорила перед первым ритуалом про их отношения с Эдвардом. Гарри в тот момент не захотел её слушать, да и вампир тогда никак себя не проявлял. Зато потом Эдвард стал вести себя мило, и Гарри списал это на то, что он просто считает его другом, а получив мягкое и тёплое тело, испытывает на нём свою тактильность. Каллены постоянно обнимаются и трогают друг друга по-дружески, по-семейному, и он для Эдварда просто мог стать таким же близким. Но если он знал, что на самом деле испытывает к нему Гарри, то не стал бы так издеваться над ним. Нет, не стал бы, и хоть тень сомнения наступала, Поттер её отгонял. И сейчас Каллен или подтвердит взаимную симпатию, и откроет им дверь в то будущее, которое видела Элис, или опровергнет.
— Потому что ты мне тоже нравишься, — тихо ответил Эдвард. — Я не так хотел об этом признаться. Не в промежутке между ритуалами, не тогда, когда ты готовился к сдаче теста по биологии, — он представлял свое признание в обстановке намного более романтичной. — А ещё я не знал, как ты сам относишься к своим чувствам, вдруг ты их не принимаешь? Я не знал, как к этому относятся в магических кругах. Помимо того, что мы оба парни, так я ещё и существо, — он горько хмыкнул. — Я буквально недавно воспользовался дверью в Скроф, чтобы тайком купить книги об обычаях магов. Нашёл, что главное для пары — это их магическая совместимость. Что, помимо этого, супруги должны иметь примерно равный магический потенциал. А ты выше среднего, гораздо выше, и я тебе с точки зрения магов совсем не подхожу, — вздохнул Эдвард, нервно ковыряя ногтем кожаную обшивку руля. — С другой стороны, я видел твою реакцию на прикосновения, чувствовал, что тебе тоже приятно, и решил, что шанс есть, что, возможно, ты согласишься попробовать… — речь Эдварда прервал лёгкий толчок в плечо от Гарри.
— Иди сюда? — предложил Поттер, раскидывая руки для объятий. В машине делать это было ужасно неудобно, но Эдвард, почти урча, как большой кот, прижал его к себе. — Элис тебе не говорила про свое видение? — спросил он, уткнувшись носом в ключицу Каллена. — Она мне сказала про нас перед твоим ритуалом. А мне было не до этого, да как-то и не верилось, что я тебе могу нравиться.
— Очень нравишься, — прошептал Эдвард, наслаждаясь запахом и теплотой парня. — Скажи, ты будешь моим парнем? — спросил он, откинув все беспокоющие сомнения. — Только я не переживу, если ты потом решишь, что какая-нибудь сильная ведьма окажется более достойной партией, чем вампир.
— Не окажется, — пообещал Гарри, невинно целуя Эдварда в мягкую щёку. — Я тоже не переживу больше предательства или смерти близкого, а вампира убить чуточку сложнее, — посмеялся он.
— Какой ты корыстный, — со смехом фыркнул Эдвард. — Я могу тебя поцеловать? — спросил он, вмиг став серьёзным.
— Это более, чем уместно, — согласился Гарри, немного отстраняясь, но лишь для того, чтобы почувствовать поцелуй вампира.
Это было совсем по-другому. Его никогда не целовали так, и никогда он не ощущал в себе подобного отклика. Губы Эдварда были мягкими, тягуче нежными, а у него самого немного обветренными и сухими, но это не помешало им обоим увлечься. С трудом оторвавшись друг от друга, поняв, что ещё миг, и один из них потеряет контроль над ситуацией, они ещё какое-то время просто сидели, обнявшись. Машина совсем не подходит для подобного, Гарри чувствовал, как спина постепенно затекает из-за ужасно неудобного положения, но так не хотелось отпускать Эдварда.
— До завтра? — словно почувствовав, спросил вампир, и Поттер кивнул утвердительно. — Спокойной ночи, Гарри.
— Спокойной ночи, — его глаза светились, он был счастлив. — И Эдвард, только волшебник мог открыть дверь в Скроф.