— Черт, Беса, — сказал стоящий с ним рядом блондин. — Никогда не бери ее с собой на охоту. Она стреляет при любом звуке, даже не разобравшись, кто перед ней. Это я больше всего ненавижу в современном мире. Очень не хочется, идя отлить, словить пулю в зад, потому что кто-то не удосужился узнать о твоем присутствии, прежде чем начал палить. Америка не нуждается в оружии. То, что нам нужно — контролировать идиотов.
Кабеса и блондин с собранными в хвост волосами расхохотались.
— У меня нет пистолета, — напомнила ему Катери, сообразив, что коротко стриженый блондин единственный не клыкастый в их компании.
Он фыркнул.
— Пуля или стрела… это и правда имеет значение, если придется вытаскивать ее из задницы?
В словах парня был смысл, но она не собиралась этого признавать.
— Саша, лучше оставь ее в покое, — сказал второй блондин. — Или она выстрелит, и ты реально схлопочешь.
Словно по заказу, за ее спиной раздалось эхо выстрела.
Судорожно вздохнув, Катери обернулась, молясь, чтобы Рэна не подстрелили.
Послышалась сумасшедшая очередь выстрелов.
Катери направилась на звук, но Кабеса ее остановил.
— Не нужно. Это дезинсекция противных грызунов.
— В смысле?
Еще один выстрел. Ближе к ним.
Несмотря на слова Кабесы, Катери натянула тетиву и вставила стрелу, намереваясь выпустить ее меж глаз существа, стрелявшего из пистолета.
Кусты перед ней зашуршали.
Она прицелились.
Рэн в облике ворона вылетел из ниоткуда и помешал ей выстрелить.
— Что ты творишь? — возмутилась она.
Он едва успел предупредить ее, как на поляне показался еще один мужчина. Катери замерла и не могла с минуту пошевелиться, столкнувшись с тем, кого не ожидала увидеть.
«Бизон».
Высокий, темноволосый, облаченный в черное с головы до пят. Это был один в один человек из ее видений, за исключением коротких волос, длинного плаща, ковбойской шляпы и сапог из змеиной кожи.
Закинув ружье на плечо, он кивнул Кабесе и обоим блондинам.
— Ребятки, спасибо за помощь. Круто вы тут скучковались, пока мы вас защищали. — Самым шокирующим оказался его протяжный миссиссипский акцент.
Саша поднял руки сдаваясь.
— Эй, я защищал женщину. Она — главный приоритет. Разве нет?
— Мне казалось, вы с Кабесой собирались драться. Не думал, что он пойдет следом за женщиной.
Кабеса зыркнул на парня с хвостиком.
— Уриан, ты намекаешь, что я струсил?
Уриан громко вздохнул.
— Я похож на Ашерона? Точно нет. Кстати, я всегда выражаюсь прямо. Если я захочу назвать тебя трусом, то заявлю об этом открыто. Пустозвон.
Рэн приземлился на землю между ней и Бизоном, прежде чем вернулся в человеческий облик.
Когда Рэн обернулся, Бизон приподнял шляпу.
— Приятно познакомиться с вами, мэм. Вернее, доктор. Знаю, многие из умников колледжа злятся, если не упоминаешь об их степени.
Она опустила лук.
— Зови меня Катери.
Рэн бросил на нее странный взгляд, который она не поняла, пока он представил ей Бизона.
— Катери, познакомься с Сандауном.
Рэн ответил ей в тот же манер.
«
Хотя это имя не вязалось с оглушительными выстрелами из дробовика, который он походу обожал.
«Но кто я такая, чтобы судить?»
Рэн представил ей остальных мужчин.
— Во время прошлого нападения ты встречалась с Кабесой. Блондин с длинными волосами и клыками — Уриан, а второй — Саша.
— Всем привет, — сказала Катери с улыбкой.
Рэн встал рядом и сложил руки на груди.
— Между прочим, у Саши нет клыков, потому что он ликантроп.
Поразительно. В голове перещелкнуло и она кое-что сообразила.
Солнце светило…
Катери многозначительно покосилась на небо.
— Разве ты, Кабеса и Уриан не должны вспыхнуть?
Кабеса поднял голову.
— Это не настоящее солнце.
Возникает другой вопрос:
— Хорошо… тогда где же мы?
Кабеса в упор посмотрел на Рэна.
— Шибальба.
«Интересно, мог ли он сказать это более сухо?»
Рэн выругался, а Катери ахнула, посмотрев на окружающее новым взглядом.
«Это преисподняя майя?
Здорово. Меня втянуло в какой-то доисторический ад. Сколько людей могут таким похвастаться?»
Сандаун рассмеялся, глядя на нее.
— Да, теперь понятно, — сказал он Катери. — А мне нужно было все разжевать. Я впечатлен, что ты знаешь, о чем речь. С другой стороны, ты доктор наук, а я — нет.
Рэн провел большим пальцем у уголка губы.
— Нас никто не трогал. Я должен из-за этого волноваться?
