— Я не могу ничего обещать, парень… Ты что, меня не слышал? Я вроде говорил с тобой на английском. Я не в силах остановить свою истинную сущность. Все равно, что просить луну не всходить или океан не создавать волны, — отрывисто сказал Ник. — Моя сущность — смерть. А ты — жизнь. Только это, независимо от остальных факторов, вызывает во мне желание хорошенько тебя отметелить и убить. Именно поэтому мне нужна помощь, и я не могу записаться к психотерапевту. Я просто могу его слопать с потрохами, а мне не нравится человечина на вкус… — Эш даже не хотел знать, откуда Нику это известно. — По крайней мере, у Артемиды есть шанс побороться, если я окончательно слечу с катушек.
— Мы справимся.
— Лучше бы ты оказался прав, Эш, потому что если ты ошибаешься…
Мать Ашерона наконец выиграет, а человечество сгинет.
ГЛАВА 17
Несколько минут Рэн любовался Катери, пока она дремала в его кровати. Той самой, которую он ни с кем прежде не делил. И даже не мечтал об этом.
Тем не менее, Катери спала обнаженная на сбившихся темно-коричневых простынях, темно-каштановые длинные волосы рассыпались веером по подушке. Одна ладошка лежала под подбородком, а согнутая нога выглядывала из-под простыни.
Правая рука свисала с края кровати. Опустившись на колени, Рэн прикоснулся пальцами к запястью, а потом наклонился, чтобы вдохнуть драгоценный аромат валерианы. Этот запах будет вечность преследовать его, как и нежность ее прикосновений.
— Я люблю тебя, — прошептал он, прильнув губами к ее запястью, а потом прижался щекой к ладони. Последние несколько часов они тщательно, миллиметр за миллиметром, изучали друг друга.
И он определенно боялся щекотки.
Катери думала — это начало их совместного будущего.
А Рэн знал, что это конец. Должен им стать. Нет других вариантов. Иначе Гризли, смеясь, уничтожит ее, упиваясь процессом. И хуже всего, заставит Рэна наблюдать за этим.
«Я буду по тебе скучать. Вечно».
Рэн лишь надеялся, что однажды Катери встретит мужчину, достойного ее любви, и тот сделает ее счастливой, какой попытался бы сделать он, будь у него возможность остаться с ней рядом.
Но этому не суждено случиться.
Рэн будет помнить эти слова всю оставшуюся вечность. Именно они подарят ему утешение, пока Гризли будет истязать его в пучине адовых мук.
Поднявшись с колен, Рэн наклонился и поцеловал Катери в лоб. В последний раз взглянув на любимую, он обернулся в ворона и оставил ее под защитой своего друга и союзников.
Из-за приближающейся бури его крылья хлестали ночные ветры. Казалось, будто они тоже пытаются уничтожить его и обессиленного швырнуть на землю. До равноденствия осталось чуть более двенадцати часов, тогда врата будут открыты, и ад обрушится на землю.
Если только Катери не доберется до Долины к трем часам ночи.
«Она справится. Остальные помогут. Моя задача — максимально облегчить им поездку».
Страшась того, что его ждет, Рэн полетел в единственное место, где его брат чувствовала бы себя в безопасности. Пещера, где всегда скрывался Койот, когда хотел набраться сил.
Рэн снизился, оглядывая пейзаж, прежде чем позволил врагам почувствовать свое присутствие. У входа никого не было. Рэн в секунду обернулся в человека и облачился в броню. Койот — хитрец, и недооценивать его не стоит.
Двигаясь также бесшумно, как когда-то выслеживая неуловимую дичь, Рэн стал спускаться вглубь пещеры, пока не добрался до глиняной комнаты. Красные стены украшали древние глифы. Некоторые были словно начерчены пришельцами, но Рэн знал, что это старинная демоническая символика существ, давно изгнанных из этой сферы.
