Время воина полностью

Окрестности Вычегды, январь 2016

Наклонив лобастую башку, Вожак уверенно продвигался по глубокому и рыхлому снегу, изредка останавливаясь и оглядываясь по сторонам. Он сердитым фырканьем подгонял Серого и Милку, рыскающих между стволами высоченных елей; ему казалось, что брат и сестра слишком медленно продвигаются, упуская драгоценное время. Следы врагов, за которыми охотится Хозяин, вели на север, и в ту же сторону сейчас упрямо шли Гончие.

Четверо вооруженных людей, пахнущих железом, потом и страхом, рвались через перелески, овраги, замерзшие лесные реки, ощущая за собой неумолимую погоню. Они еще не знали, что их преследует всего лишь один человек — а если бы и знали, им все равно ничто и никто не поможет: ни боги, ни счастливый случай. Хозяин беспощаден и безжалостен. Ему безразлично, когда Вожак со своей семьей настигнет беглецов. Днем ли, вечером или поздней ночью, когда ноги наливаются свинцом и отказываются идти дальше — никуда им не деться. Гончие пусть и медленно (слишком глубок снег в дремучей тайге), но с устрашающей настойчивостью загоняют дичь, не давая ей отдохнуть, перевести дух. Остановятся на полчаса, выплевывая из отравленных легких углекислый газ, и это будет их ошибкой. Вожак тут же сократит дистанцию до минимума. А ему и нужно лишь одно: почуять пот и страх, сесть на пятки и гнать, гнать до того момента, когда Хозяин прикажет окружить добычу и не дать ей больше ни одного шанса на спасение.

Темная короткошерстная Милка то и дело показывается из глубокого снега, отряхивается и фыркает от щекочущих ноздри снежинок, а потом снова ныряет в него как расшалившийся щенок. Сестра чувствует азарт Вожака и неутомимыми скачками продвигается вперед. Серому легче. Сейчас он бежит по натоптанной тропинке, но скоро сменит Милку. Вожак чуть в стороне, приглядывает за семьей и чутко реагирует на каждое движение. Он сильный, выносливый, ему не нужна помощь. Мощной грудью расталкивая снег, Гончая рвется исполнить приказ Хозяина.

Хозяин не торопится. У него есть демон. Превратившись в сине-льдистую воронку, прирученная тварь торит путь между звенящими от мороза деревьями. Тяжелый спрессованный воздух подобно ножу бульдозера раскидывает снег и бурелом по сторонам и оседает за человеком на хвоистую мерзлую землю с куцым травяным покровом, снова укрывая ее взбаламученным белым покрывалом.

Молодой мужчина в теплой плотной куртке на «молнии», в черной шапочке, натянутой до бровей, в толстых камуфляжных штанах, заправленных в зимние берцы, неторопливо шагает за демоном, не забывая профессионально поглядывать по сторонам, замечать каждую деталь, выпадающую из картины спящего леса. Изредка он начинает размахивать руками, словно крестьянин, кидающий зерно во вспаханную землю. Но вместо семян у него пригоршни магических помощников. «Каракатицы» десятками разлетаются в разные стороны и старательно прощупывают территорию, выискивая нужную цель.

Никита не сомневался, что рано или поздно он настигнет беглецов атамана Борецкого. Ради этого можно пожертвовать несколько часов на охоту, пока Тамара с Дашей уверены, что он находится в «Изумруде», сидит в своем кабинете или вместе с инженерами решает какие-то проблемы в лабораториях. Умные и послушные у него жены; им даже в голову не придет проверять благоверного, чем же занимается владелец корпорации на данный момент.

После покушения Тамара категорически не хотела привлекать Никиту для акции возмездия. «Это не твоя месть, а моя», — сказала супруга и подняла на ноги своих именитых родственников. На следующий день в Вологду приехали столичные следователи и маги со своим штатом сотрудников, а отдельно от них — серьезные незаметные парни, повадками смахивающие на матерых волкодавов. Умение находить злодеев по остывшим следам было их основной задачей. Вологодский филиал ИСБ был усилен десятками сотрудников из Петербурга, а окрестности вокруг имения Назаровых оказались наводнены техникой и людьми в форме клановой дружины, которую все называли незамысловато и просто: гвардейцами.

И как-то сразу в городе и прилегающих к нему районах резко снизилось число правонарушений.

Никита не стал возмущаться излишней предосторожностью Великого князя Константина, охотно предоставив Тамаре и ее семье решать личную вендетту, как она сама заявила. Он продолжал ездить в «Родники» или в «Изумруд», а сам потихоньку собирал информацию по Тайному Двору, спрятавшемуся в вычегодских лесах. Ему помогали вологодские потайники, следившие за активными передвижениями «безопасников» в Устюге, и как только несколько коптеров с боевым десантом вылетели в сторону Сольвычегодска, Никита получил сообщение о начале операции.