Они приблизились к сараю. Зеленый Человек снял ключ с шеи и открыл замок. Тяжелая дверь со скрипом открылась. Шэрон вошла внутрь и зажгла верхний свет, он проследовал за ней. В прохладном помещении царила темнота. Это было странно, но внутри оно казалось больше, чем снаружи. Зеленый Человек закрыл дверь и задвинул тяжелый внутренний засов. Они стояли бок о бок, глядя на верстаки.
Подводный буксировщик, над которым он работал неделями, был почти закончен. Размером не больше подводного скутера, он был смоделирован по образцу тех, какие «морские котики»[51] использовали для доставки к цели пловцов и боевого оборудования. Он состоял из герметичного корпуса с рукоятками и креплениями, двигателем на батареях и гребного винта из реактопласта. Его подводный буксировщик был одного цвета с базальтовым дном реки Килдир – черным. Двигатель имел достаточную мощность, чтобы привести в движение двадцатисантиметровый гребной винт и переместить Зеленого Человека с десятками килограммов подрывного оборудования вниз по реке со скоростью примерно девяносто метров в минуту.
Дистанционные взрыватели и прочее оснащение лежали на верстаках в разной степени готовности. Ему понадобится еще несколько дней, чтобы закончить эту работу, но Шэрон все-таки была права. При необходимости он может опередить график и отправиться в Техас меньше чем через неделю. Эта мысль одновременно возбуждала и ужасала Зеленого Человека. Меньше чем через неделю он сможет нанести удар по нефтяному месторождению Хэнсон, добиться оглушительного успеха и исчезнуть навсегда. Или же меньше чем через неделю он все испортит и погибнет. А может, его схватят, и он больше никогда не увидит жену и детей.
Словно прочитав его мысли, Шэрон взяла его за руку и сказала:
– Митч, я понимаю.
Он оторвал взгляд от верстаков и заглянул в ее карие глаза.
– Я так устал. Я уже много месяцев толком не спал.
– Скоро мы оба будем спать спокойно.
– Охранник в Техасе сказал, что он меня узнал, и я думаю, что это действительно так.
– Как это возможно? – спросила Шэрон. – У тебя отличная память, и ты говорил, что никогда его раньше не видел.
– У меня действительно очень хорошая память, но она не идеальна. Ты когда-нибудь слышала о суперраспознавателях? Они буквально никогда не забывают лица, которые когда-либо видели. Скотланд-Ярд использует их для раскрытия крупных дел.
– Ты думаешь, этот парень один из них?
– На меня никогда не смотрели так, как смотрел он. У него словно камера была в глазах. Многие из суперраспознавателей тяготеют к правоохранительным органам или частной охране. Они работают на полицию. Они работают на казино, разоблачая счетчиков карт.
– Даже если это и так, где он мог тебя видеть? Ты никогда не был раньше в Техасе.
– Я думал об этом. Он может не знать Митча, но помнить Пола. ФБР распространяло ориентировки с Полом Сайерсом, когда их люди вели охоту за ним. Тот мужчина уже не молод. Если он и тогда служил в охране, то вполне мог видеть розыскную ориентировку…
– И двадцать лет помнить это лицо? Лицо, которое состарилось и подверглось пластической операции?
– Я знаю, это звучит неправдоподобно, но они буквально никогда не забывают лиц.
– Даже если это и так, что с того? – настаивала Шэрон. – Он узнал человека, которого больше не существует.
– Мне просто не нравится это ощущение, – сказал Зеленый Человек. – Я не должен был подходить к нефтяному месторождению. Мне нужно было уехать после того, как я проверил реку. Но я хотел увидеть месторождение именно в то время, когда собирался нанести удар, хотя особой необходимости в этом не было. Я допустил ошибку.
– А я не должна была говорить Теду Долану, что ты написал тот пейзаж с яблоней, – согласилась Шэрон. – Это тоже была ошибка. Ты упомянул в разговоре с полицейским в Небраске, что ты художник. Так что эта информация может быть в твоем профиле, который ФБР рассылает местным правоохранительным органам.
– Моим главным промахом было то, что я сообщил патрульному о себе нечто реальное, – сказал Зеленый Человек. – Но дело в том, что мы оба совершаем маленькие ошибки и они суммируются. Кто-нибудь толковый это непременно отследит.
– Не Джим Бреннан, – сказала Шэрон.
– Нет, не он. Но кто-нибудь обязательно. – Он заключил ее в свои объятия. – Я очень люблю тебя, Шэрон. И детей.
– А ты самый сильный и смелый мужчина во всем мире. И ты делаешь это ради них. И ради наших внуков.
– Если я не успею уйти…
– Даже не говори об этом. Ты успеешь.
– …скажи им, что я мысленно буду с ними…
– Нет, я не хочу это слышать. – Она посмотрела на него взглядом фанатика. – Ты нанесешь удар в Техасе. Ты выполнишь свою жизненно важную последнюю миссию. А потом вернешься домой, и мы вместе уйдем. Да? Скажи это вслух.
Он нежно погладил ее по щеке и прошептал на ухо:
– Да, я сделаю это.
Президент проводил из Овального кабинета невысокого мужчину с узкими усиками. Тот говорил короткими, простыми, оптимистичными фразами:
– Мы это сделаем. И сделаем быстро. Я собрал отличную команду. Превосходную команду, господин президент.
– Это то, что нам нужно. Не жалейте расходов.
