Мы уселись спиной к дороге на грязную и мокрую после дождя траву. Я закурил. Лана немного дрожала, - в степи было не так уж и холодно, но иногда дул страшно промозглый ветер, - однако обнять ее я не решился. Сидели молча. Лана посмотрела на меняя и жестом попросила затянуться. Выпустила дым.
- Что там, в будущем? Даже не знаю, как спросить...
- Время - иллюзия, клетка, в которую мы сами себя загнали. Память избирательна, и потому бесполезно судить о ценности прошлого или будущего. Я помню то, что хочу помнить, и ты помнишь и будешь помнить только то, что хочешь.
- Дерьмо собачье, - сказала Лана и вернула мне сигарету.
Уго вышел из темноты. Он оказался в довольно большом помещении, одну из сторон которого занимал огромный прозрачный купол. Сквозь купол были видны колючие глазки звезд в черном киселе. На эти звезды с закрытыми глазами смотрели люди.
Люди сидели или, скорее, полулежали в креслах в четыре ряда. Пять рядов. Над головами людей неярко светилась безумная паутина прямых зеленых лучей. На головы людей были надеты громоздкие на вид шлемы; не видно глаз, руки и ноги пристегнуты, в рот и в зад вставлены трубки.
Стоит терпкое зловоние. Но радоваться можно как минимум тому, что здесь почти не пахнет ржавчиной. Уго немного прошел вдоль первого ряда кресел, остановился напротив одного из людей, наклонился и сказал:
- Эй!
Горло мгновенно взбунтовалось. Оно вечность не издавало никаких звуков. Уго выпрямился, стал часто дышать и почувствовал, что его сейчас вырвет. Оперся дрожащей рукой о подлокотник кресла и только потом понял, что уткнулся в сухую и горячую руку пристегнутого к креслу человека... Испуганно одернул ладонь.
Люди были обычные: высокие, крупные, худые, без растительности на теле. Уже не производитель, но еще не Хозяин. Уго едва не потерял одну странную мысль, глядя на приоткрытый рот «своего» шлема, но успел ухватиться за нее и рассмотреть.
Мысль была такая: как обычно, чуть выше среднего землянина.
Мера «средний» - это средний по отношению к чему? Как бывает «обычно» и что такое «землянин»? Такие вопросы задал себе старый Уго. Тишина. Никакого узнавания. Никакого вспоминания. Новый Уго притаился где-то глубоко в голове и, кажется, хихикал. Новый Уго, который и подсунул в голову старого все эти странные слова, знал ответы. Знал и молчал... Или... Или это была машина. Догадка пробежала по спине, как большое многоногое насекомое, но Уго решил, что вернется к ней позже, и поэтому прекратил ее думать.
Ожило вспомогательное сердце. Уго даже схватился за бок и крякнул. Кровь пошла по венам на порядок быстрее, все тело будто разом пронзили маленькими иголками. Уго гедленно выдохнул, собираясь принять какое-то решение, но вместо этого наклонился опять и провел растопыренными основными пальцами перед лицом человека. Тот, конечно, не реагировал.
Где-то под теряющимся во тьме потолком что-то загудело, пусть и ненадолго, буквально минута, или и того меньше, но Уго даже дышать, кажется, перестал от страха. Вот гул утих, опять повисла вонючая тишина. Решив, что нельзя больше стоять здесь и пытаться что-то делать с этими трупами, Уго пошел к куполу.
Снаружи, вне уровня видящих, была обычная страшная темнота, много темноты. Бесполезные звезды, а совсем рядом с кораблем, в пустоте, висел шар синего цвета с грязно-коричневым пятнами, похожими на ржавчину или загнившие раны. Планета? Чей-то мир. Совсем рядом. «Рядом» в масштабах пустоты равно вечности, но... Мы прилетели. Я вижу планету, и планета похожа на Элейли... Неужто...
Что конкретно Уго испытал в этот момент? Что такое для него, буквально положившего существование на Поиск, увидеть, что... Ни слов, ни мыслей нет. Просто стоять и смотреть. Долго, едва дыша.
Мы и вправду не одиноки? Невероятно! Есть существа, с которыми мы можем вступить в контакт? Удивительно! А там действительно кто-то живет? Это главное. Ведь может быть, машина просто устала, у нее кончились силы, она рехнулась, она испугалась непроглядной черноты вокруг и решила погреться у маленького теплого шарика? Насколько там возможна жизнь? Есть ли кионин, которым можно дышать? Может, там одни камни и лед. Может, это не планета, а газ? Десятки таких планет видел «Оберус» за свое странствие еще до Прохождения. Сотни. Насколько велика вероятность, что на сей раз колония прибыла к цели?
Во-первых, Уго опять испугался. Но не потому что опять думал чужими словами. Пот прошиб оттого, что на сей раз он понял все, что подумал. Обернулся на замерших людей. Опять посмотрел на планету за твердой пленкой купола. Попытался думать о чем-то другом. Почему мы все еще здесь? Сколько мы здесь? Почему ничего не происходит? Почему никто еще не проснулся? Много «почему», чересчур много вопросов, задать которые некому...
