В аэропорт они прибыли только к вечеру. Казалось, что людей, которые все видели и испробовали, уже ничем не удивить. Однако даже их потрясли и размеры воздушной гавани, и количество прибывающих самолетов.
Как песчинки чувствовали они себя в этом людском потоке.
«Вот это неиссякаемый источник дохода», – практично подумал Амантай после того, как их разместили в чистенькой гостинице совсем не для бедных паломников.
На следующий день пошли они, солнцем палимые, в буквальном смысле этого слова. Двигались под раздающуюся из динамиков молитву муэдзина, с которой благочестивые паломники должны обращаться к Аллаху:
Амантай вслушивался в голоса тысяч и тысяч паломников, обращавшихся к Господу Богу, и одновременно повторял священные слова, начиная понимать их высокое значение. Люди вокруг постепенно впадали в религиозный экстаз, выражавшийся в радостных возгласах, рыданиях и слезах:
Вот я перед Тобой, Боже! Вот я перед Тобой!
Нет у Тебя сотоварища! Вот я перед Тобой!
Воистину, хвала Тебе, милость и могущество!
Нет у тебя сотоварища!
Они шли все дальше и дальше. И уже вступая в город Мекку, произносили молитву, данную их руководителем в этом удивительном путешествии.
«О Боже, эта святыня – Твоя обитель, и этот город – Твой город, и этот раб – Твой раб. Я пришел к Тебе из дальних стран, обремененный грехами и неправедными деяниями в уповании на Твою помощь, страшась Твоего наказания. Я прошу Тебя принять меня и даровать мне прощение и позволение войти мне в Твой необъятный Сад Наслаждения».
Текла белая человеческая река. Вместе с нею они влились в ворота окружающего Каабу сооружения, чем-то похожего на гигантский стадион, и двигались по длинному, украшенному мраморными колоннами залу.
Здесь Баймен остановил группу. Отвел в сторону. И предложил попить:
– Дальше будет трудно. Без воды!
Пить ледяной напиток приходилось по чуть-чуть, чтобы не застудить горло.
Амантай в это время оглядывал людской поток, идущий мимо. Кого здесь только не было!
Вот прошли женщины в закрытых красных, синих, черных одеждах. Их здесь много, и они все босые.
Пару раз он заметил в толпе мужчин с детьми. Один нес ребенка на плечах, другой вел за руку.
Шли не только паломники. Были здесь и охранники, одетые в форму.
Они поднялись по лестнице на верхний ярус, чтобы просто полюбоваться.
Ничего подобного он не видел никогда. В центре стоял черный куб, а вокруг него вращался гигантский водоворот из тысяч людей.
«Кааба похожа на черную дыру, образовавшуюся здесь, на Земле. И притянувшую миллионы звезд и галактик!» – восторженно думал Амантай, не в силах оторвать взгляда от фантастического зрелища.
Великий хадж начался для них с этого кругового движения. Кстати говоря, «Кааба» в переводе с арабского – «куб». Это сложенная из плит постройка высотой в пятнадцать метров. Она покрыта гигантским черным ковром, на котором золотой арабской вязью вышиты суры из Корана. Считается, что первая Кааба была воздвигнута небесными ангелами.
Вокруг черного камня, замурованного в ее стене, надо обойти семь раз. И сделать это непросто. Жара. Духота. Людской поток, словно полноводная река, несет и несет тебя вперед.
На третьем круге Амантай начал потихоньку маневрировать, решив прикоснуться к священному черному камню, вделанному самим пророком Мухаммедом в стену этого древнейшего культового сооружения.
Против течения идти нельзя. Нужно осторожно двигаться влево, вдоль людей. И Амантай старался. Ближе к сооружению людской поток стал плотнее. Скользить среди горячих, распаренных тел трудно. Кроме того, не он один хотел прикоснуться к священному камню.
Но Амантай был полон азарта. И надежды.
На четвертом круге он уже приблизился к цели. Но тут людской поток начал обтекать полукруглую стену, отгораживающую один из торцов Каабы. За этой стеной, согласно преданию, находятся могилы пророков Исмаила и Агари.
Его пронесло мимо. И он оказался в отдалении.
Амантай загадал желание: «Если смогу прикоснуться, стану премьер-министром!» И это заставило его еще раз двинуться к вожделенной цели. Шаг за шагом он продвигался среди рук, ног, голов, плеч.
Теперь он чувствовал не только физическое, но и душевное напряжение. В этот момент он просил то невидимое, непознаваемое, что движет нами:
– Помоги мне, Аллах!
Уже снова был виден черный камень. Он понимал, что это, скорее всего, метеорит, упавший на землю в незапамятные времена. Неважно. Важно само движение. Ему почти удалось. Огромные врата Каабы совсем рядом. Осталось совсем чуть-чуть.
Мимо него проплыло поднятое вверх черное покрывало святилища – кисва. Раз в год его меняют. Старое передают хранителям…
