Дальнейший разговор не имел значения. Мартин ругался, говорил, что все устроит. Меня его слова уже не волновали. Я чувствовал, что он сдался. Он знал, что другого выхода ни у него, ни у меня нет.
Я чувствовал… Стоп.
Мой хрустальный мир – он был снова со мной. Не таким колючим, как раньше, он не ранил мне пальцы, не царапал хрусталики глаз. Он жил мной так незаметно и естественно, что я подумал… боже, я подумал, что его потерял.
– Ладно, Майкл, я попробую. Только предупреждаю, дело очень скверное.
– Было бы такое скверное, ты бы на него никогда не согласился.
– Ты не понимаешь. С виду вроде все выглядит гладко. Слишком гладко, парень. Так не бывает в реальной жизни.
Мартин держался за травмированное плечо и через вдох-выдох морщился.
– Слишком много денег, слишком много задействовано людей. Слишком простая цель. Чего-то заказчик не договаривает. Но я его так и не смог поймать. К тому же… заказчик явно не тот. Подставной.
Я смотрел на него и удивлялся. Как я мог считать этого человека загадкой, скрытного древнего мужика, моего ненавязчивого опекуна.
Он был передо мной на ладони. То, что он говорил, я мог читать в его глазах. Если бы те люди, с которыми я имел дело с тех пор, все были такими скрытными и сильными. Увы, Мартин был славным простым парнем по сравнению с воротилами Корпораций. Но тогда я этого не знал.
Мы стояли друг напротив друга, делая первые попытки действительно друг другу поверить.
– Я добьюсь для тебя аванса. Твоей матери пригодится. Наша медицина любит наличность.
Когда вернулись наконец первые завсегдатаи тренажерной, они застали нас с Мартином дотирающими последние следы крови на полу и стенах. Все-таки изрядно наследить мы успели еще до моего фокуса с исторжением неживых предметов.
Косые взгляды, никак не желающее расставаться с хмуростью выражение глаз Мартина. Я шел по привычным коридорам и переходам социалки, щурился от уже таких редких лучей солнца, отраженных башнями высоко вверху.
И не понимал, что вижу это все в последний раз. И что в последний раз меня зовут Майкл Кнехт. Точнее, в предпоследний.
Мне было так спокойно, что я даже не заметил холодный взгляд, скользнувший в мою сторону с небес. А заметить – стоило.
«Восток-восемь, принимайте координаты цели. Курс – 250 градусов, дистанция сто двадцать километров. Подтвердите получение».
«Информацию получил. Перехожу в форсированный режим. Требуется целеуказание».
«Миссия – перехват груза, уничтожить охранение, принудить транспорт к снижению. У вас двукратное превосходство в огневой мощи, тактический монитор прогнозирует…»
«Капитан, я вижу, что прогнозирует тактика, каковы наши первичные императивы?»
«Требуется сохранить груз, судьба людей никого не волнует, можете даже не предупреждать, атакуйте с налета».
«Насколько важен груз, капитан, есть ли крайняя необходимость рисковать машинами и жизнью пилотов?»
«Первичный приоритет, прямой приказ высшего руководства. Риск минимален, но вам платят именно за риск. Выполняйте».
«Понял, капитан. Последний вопрос – чей в транспорте груз?»
«Информации нет».
«Информации нет, или она засекречена?»
«Информации нет».
Улисс чувствовал их переговоры сквозь все помехопостановщики. Четыре десятка боевых реактивных винтолетов «Гроза» с эмблемами «Сейко» на борту. Впрочем, эта Корпорация была в Европе редким гостем, да и пилоты вели себя слишком раскованно для барражирования над чужой территорией. Скорее всего – временная маскировка наемников. Улисс бы поставил на родную «Джи-И» или «Эрикссон». Снова запахло утечкой. Двойной. Тройной.
Если бы у него хватило времени полноценно спланировать операцию, поиграться схемой интересов Корпораций в этом секторе… но транспорт должен был прибыть вовремя. Слишком велика вероятность, что кто-нибудь засечет атипичный всплеск нейтринного потока. До сих пор на континенте оставались старые подземные резервуары-ловушки. Некоторые из них продолжали фиксировать подозрительные треки. Ошибки в расчетах нейтринного поля Солнца с конца двадцатого века оставались загадкой… и некоторым все неймется ее разрешить. Чудесным образом именно сегодня это можно сделать легким и простым способом. Включить счетчик. И прокоррелировать изменения частоты срабатываний с появлением на одной из трасс неопознанного транспорта. Закон обратных квадратов еще никто не отменял. И скорость света. Даже такое количество резервуаров позволяло проводить полноценную триангуляцию.
Транспорт полз слишком медленно. Здесь у него маневренности – чуть, нужно пройти над Альпами, там будет свободнее, спокойнее воздушные потоки, меньше помех для навигации, можно будет опуститься на комфортную высоту, не опасаясь турбулентности облачных слоев. А пока они вынуждены готовиться принимать неравный бой. Неведомый «капитан» был прав, с двукратным превосходством в дистанционном бою они могут смять силы конвоя одним натиском.
«Звено Беста и звено Герман. Выдвигайтесь по носу транспорта, обеспечьте чистый курс. Остальным держаться в охранении, ваша задача – держать фланги. До особого приказа построение не менять, мое звено двигается наперехват».