Время звезд полностью

— Это что, сарказм, мистер Бартлет? Я просто пытаюсь быть полезным. Как я говорил вам вчера, если близнецы пойдут в приличную бизнес-школу и будут там прилежно учиться, я бы мог потом найти им место в хлебопекарном производстве. И если все у них пойдет хорошо, то нет причины, чтобы они не достигли такого же положения, как у меня. — Фрэнк был младшим компаньоном своего отца в автоматической пекарне. Он всегда находил способ дать понять, как много денег он зарабатывает. — А что касается того, чтобы отправиться в космос, я всегда говорил, что если человек хочет, чтобы из него что-нибудь вышло, он должен оставаться дома и работать. Прости, Стив.

— Был бы очень рад, если бы мог тебя простить, — безо всякого выражения произнес дядя Стив.

— А?

— Забудь, забудь. Ты не лезь в космос, а я обещаю, что не буду печь хлеб. Кстати, у тебя мука на лацкане. — Фрэнк торопливо опустил глаза на лацкан. Вера отряхнула его пиджак и сказала: — Да это же просто пудра.

— Конечно, пудра, — подтвердил Фрэнк, отряхиваясь самостоятельно. — Я бы хотел, чтобы ты знал, Стив, что обычно я чересчур занят для того, чтобы ходить вниз, в производственные помещения. Я вообще почти не выхожу из конторы.

— Я так и думал.

Тут Фрэнк вспомнил, что они с Верой уже опаздывают в другое место, и встал, чтобы откланяться, но отец его остановил.

— Фрэнк? Ты что-то говорил по поводу того, что мои ребята ненормальные?

— Что? Я никогда не говорил ничего подобного.

— Очень этому рад.

Они удалились в гнетущей тишине. Только Пэт беззвучно и очень громко напевал «Марш Гладиаторов».

— (На этот раз мы победили, парень.)

Мне тоже так казалось, однако Пэту пришлось закрепить успех.

— Ну так значит все в порядке, папа?

— Ммм… Я бы хотел еще посоветоваться с судьей Голландом, и к тому же я не могу говорить от имени вашей матери. — Это нас не очень беспокоило; мама не будет против, если согласится отец, особенно когда рядом дядя Стив. — Но вы можете передать, что отказа пока не было. — Он нахмурился. — Кстати, здесь не указан срок контракта.

Тут нам помог дядя Стив.

— Такова обычная практика на коммерческих кораблях, Брюс… каковым, в юридическом смысле является и этот. Ты нанимаешься на рейс, от пункта приписки до возвращения в пункт приписки.

— Конечно, конечно. Но все-таки, они вам хоть намекнули?

Я услышал, как Пэт застонал.

— (Вот тут-то и начинается игра. Ну что мы ему можем сказать, Том?) — Отец ждал. Дядя Стив смотрел на нас, не моргая.

В конце концов дядя Стив сказал:

— Вы уж лучше расскажите, ребята. Может, мне стоило сказать, что я сам пытаюсь попасть на один из кораблей с особым выхлопом и всеми такими штуками. Так что я все знаю.

Пэт что-то пробормотал. Отец резко сказал.

— Говори яснее, сын.

— Они сказали, что рейс, возможно, будет продолжаться… около ста лет.

Мама упала в обморок, дядя Стив ее подхватил, все забегали вокруг с холодными примочками, натыкаясь доуг на друга; все мы были крайне расстроены и взволнованы. Когда она немного отошла, дядя Стив сказал отцу:

— Брюс, сейчас я возьму ребят с собой, куплю им по большому стакану крепкой сарсапарели[6] и заодно вытащу их из-под вашего давления. Все равно сегодня ты больше не будешь с ними беседовать.

Отец рассеянно согласился, сказав, что это хорошая мысль. Думаю, он любил нас всех; однако, когда вопрос стоял ребром, на первом месте у него всегда была мама.

Дядя Стив повел нас в такое место, где он мог выпить нечто более для него подходящее, чем сарсапарель, однако он запретил Пэту сделать то же самое, когда тот попытался заказать пиво.

— Ты, малыш, не старайся рисоваться. Заставить меня поить спиртными напитками несовершеннолетних сыновей своей сестры ты не сумеешь.

— От пива нет никакого вреда.

— Правда? Я вот до сих пор ищу того типа, который сказал мне, что это безалкогольный напиток. А ищу я его затем, чтобы вдребезги измочалить пивной кружкой. Так что, остынь.

В конце концов мы взяли свою сарсапарель, а дядюшка пил какую-то жуткую смесь, которую он называл марсианским шенди. Говорили мы про Проект Лебенсраум. Он знал об этом проекте больше нас, хотя к тому времени еще не было сообщений для прессы — думаю, осведомлен он был по причине своей работы при канцелярии начальника штаба, но сам он в этом не признавался.

Через некоторое время лицо Пэта стало озабоченным и он сказал:

— Послушай, дядя Стив, есть хоть какой-нибудь шанс на то, что родители согласятся? Или нам с Томом лучше сразу все это забыть?

— А? Да конечно же они разрешат вам.

— Да? Сегодня что-то было не похоже. Я-то знаю своего отца, он скорее сдерет с нас шкуры на коврики для ног, чем огорчит мать.

— Это уж точно. И мысль хорошая. Но все равно, вы уж мне, ребята, поверьте, у вас все будет тип-топ… если только вы, конечно, используете те доводы, какие надо.

— Каковыми являются?