Участники «самого малого Совета» поселка сидели в своей кровати вдвоем и обсуждали итоги просто Совета Обильного поселка. Алонсо, староста общины и его жена не были готовы пускать в этот свой микросовет еще кого-то, не то у них воспитание было! На повестке дня, вернее позднего вечера под номером три стоял вопрос о том, почему жене старосты не место на Совете классическом. По нему как раз и шли прения:
— Жены королей и герцогов обычно сидят рядом с мужьями, между прочим! И ничего, никто не удивляется, не шикает.
— Вот вроде умная женщина, а туда же. Где короли, а где мы. Мы люди простые, мы трудники, нам все их церемонии не нужны даром. Вот если б ты в совете была, тогда б другое дело.
— Сами же порешили, что бабам в совете не место!
— А раз так, то чего спрашиваешь? Знай своё место, женщина.
— А сейчас кто-то узнает своё место на коврике…
— Да ладно тебе, чего ты на том совете не видела?
— На людей хотела посмотреть, на их лица.
— На всех, иль на одно какое-то? Нешто не насмотрелась на меня? — Лицо Алонсо в свете поздних сумерек выглядело значительно и горделиво.
— Да тьфу на тебя! Надоел уже. Хотела посмотреть, как теперь себя Счастливчик держит. С каким лицом разговаривает.
— Нормальное у него лицо было, обычное.
— Вот это как раз и необычно. Вот сам посуди: молодой мужчина, следопыт, приезжает к набольшим людям целой округи и ведет с ними переговоры. А потом возвращается домой и…
— И чего ты замолчала?
— И его не распирает от своей значимости, он не подчеркивает, какой он весь из себя молодец.
— Так он и раньше не кичился ни происхождением, ни Даром своим.
— То есть, Алонсо, ты уже как доказанное принимаешь, что он аристократ?
— Ой, да там и думать нечего. Мне уже давно Мигель говорил, что Пабло Весельчак с ним разговаривает как с равным, шевалье его величает при официальном обращении.
— И ты молчал? Пенек старый.
— Да как-то к слову не приходилось. И вообще, жена да убоится мужа своего, цыц! Я староста, а ты женщина.
— Тогда буду молчать дальше, сам своей башкой думай тогда. — И Изабелла отвернулась от мужа, свернувшись калачиком на короткой кровати.
— Ну и ладно, тогда я спать буду.
— Я сейчас кому-то посплю! Рассказывай, собачья отрыжка, что было дальше!
— Ну я тогда и говорю, мол а чего бы тебе, Вик, не переселиться в отдельный дом. Жених ты завидный, не сегодня, так завтра приведешь в него невесту из поселковых, а то и двух. Или привезешь откуда.
— А он чего?
