- Сигаретки не найдется, барышня?- раздался из-за спины хрипловатый мужской голос.
Вера дернулась, и зажигалка брякнулась на серый асфальт. Обернувшись, она увидела причудливо наряженного бомжика при бороде и вязаной неопределенного цвета шапке с помпончиком.
- Последняя,- Вера продемонстрировала бомжику пустую пачку, после чего швырнула ее в урну. Не попала. Бомжик грустно проводил пачку глазами.
- Ага, ага,- покивал он,- ну ладно мы тогда свои...
Не обращая внимания на Веру, слегка обалдевшую от подобной наглости, бомжик вытащил из кармана едва начатую пачку "Ронхилла" прикурил, отчего-то пряча источник огня внутри сложенных грязных ладошек, несмотря на отсутствие ветра, и прищурившись, стал глядеть вдаль в глубину рынка.
Насмотревшись на бесконечные ряды унылых контейнеров, он притушил сигаретку и спрятал окурочек где-то на теле. После чего смачно высморкался и с чувством глубокого удовлетворения произнес:
- Ну все, скоро начнется...
Вере совсем не хотелось поддерживать разговор с этим субъектом, но чисто машинально у нее вырвалось:
- Что начнется?
Бомжик хрипло рассмеялся дергающимся смехом и затем торжественно объявил:
- Конец света...
Вера резко поднялась со скамейки и направилась прочь.
Бомжик заковылял следом.
- Ой-ей-ей, какие мы обидчивые. Гражданочка, а куда вы собственно собрались? Вы думаете там лучше? Простите, не представился.
Он ускорился, загородил Вере дорогу и церемонно поклонился:
- Бомж Бруевич, с вашего позволения, Вера Анатольевна...
Вера резко остановилась.
- Вы, как? То есть, какой еще Бруевич? - мысли ее совсем смешались,- в смысле... Откуда вы меня знаете?
Бомж смиренно ожидал пока волна смятения, охватившая Веру, спадет и молчал. Потом, видимо решив, что пауза затянулась, спросил:
- У вас щеточки нет?
- Чего?- Вера отчетливо почувствовала, как у нее задергался глаз.
- Да щеточку хотел спросить,- бомж смущенно заулыбался,- ботиночки смахнуть. - Запылились мои ботиночки...
- Нет...
-Жалко,- и стало видно, что бомжику действительно ужасно жалко вот так стоять перед Верой в нечищеных уже лет двести ботиночках.
Потом он махнул рукой:
- Да ладно, хрен с ними с ботиночками,- подмигнул.- Так Вы куда сейчас?
« Хороший вопрос,- подумала Вера,- своевременный»,- а вслух произнесла:
- Домой.
Бомж кивнул.
- Понимаю... Значит так вот. Жалко...- он посмотрел на Веру, точно также, наверное, как перед этим на свои ботиночки.- Домой.
- То бишь в нору, берлогу, убежище. Понятно, чего ж тут непонятного. А я вот тут живу,- зачем-то добавил Бруевич, обводя руками окружающее пространство.
- На базаре?
- Да не... Вообще тут... Не важно. Значит, тебя выбрали, а ты решила домой? Может и правильно.- Он вроде бы как задумался.
- Куда выбрали? Всмысле, кто?
Вера совершенно запуталась, мысли лихорадочно крутились в голове. Светка, Желудинский. Допрос. Спасение. Хроники эти непонятные. Незнакомец. Теперь этот бомж Бруевич. Не к месту вспомнился вождь мирового пролетариата на броневике и его мордатые, безумные соратники. Короче что попало. Бомж-Бруевич, ботиночки. Тьфу.
А тот стоял, ухмылялся беззубо. Наслаждался короче моментом.А выбрали и выбрали,- качнул бомж вязаной шапкой.- Делов... Хотя могли, конечно, и получше кандидата подобрать...
Вере стало почему-то обидно:
- Чего, чего?
- О! Обиделась...- констатировал бомж.- И правильно, надо себя уважать. Так вот. Сигаретку?
- Нет...
- Точно обиделась,- Бруевич отыскал свой окурок, задымил.
- Ты женщина умная,- наконец продолжил он,- все ты знаешь и все понимаешь, у вас вообще интуиция развита. Закон природы. Да. Ну, может, я чуть-чуть больше знаю, но это все... Относительно. Такая вот беда.
Вера слушала внимательно, ее даже совсем не задел этот резкий переход на ты. Непрост ты Бомж-Бруевич, ох не прост!
- Ладно, не хочешь, сигаретку, значит, не хочешь. Кто не курит и не пьет... Тут...- бомж с наслаждением почесался,- охо-хо житие мое... Так вот Вера Анатольевна. Смерти нет, и жизни... тоже никакой нет.
- А чего ж есть? - Вера непроизвольно ухмыльнулась.
- А ничего нет,- в тон подшутил Бомж-Бруевич,- и дома у тебя уже нет никакого считай, эвон слышала, саперы...
- Какие саперы?- отчего-то Вере стало не по себе.
Бомжик как-то по-детски шмыгнул носом.
- Да вот вишь, рынок оцепили, людишек вывезли. В городе говорят дом какой-то враги заминировали, толи террористы, толи какие иные уроды...
- И что, взорвали?
- Та не...- протянул бомжик,- еще нет, щас взорвут, о!
И через миг вдалеке что-то грохнуло и эхом раскатилось по пустыне рынка, отражаясь в гулком металле контейнеров.
Вера непроизвольно дернулась и закрыла глаза, а когда решилась их открыть, то увидела ехидно посмеивавшегося Бруевича.
- О! Я ж говорил террористы...- лицо его под вязаной шапкой выглядело, чуть ли не одухотворенным.- Здорово бахнуло...
- Где это?- упавшим голосом прошептала Вера.
Бомжик поглядел куда-то вдаль, вроде бы как определяясь.
- Да, пожалуй, на Ленина...
Сердце Веры часто-часто застучало, а потом словно остановилось. Бомжик между тем уверенно продолжил:
- Точно на Ленина, там, где поворот на эту... ну возле скверика...
Веру охватило бешенство.
