Беседа плавно перешла в сторону от заданной темы, но все, что нам было интересно, мы уже узнали, а что следовало выяснить, нам должен был поведать Дерзольд. Пока Рыжик поддерживал вежливую беседу, я наблюдала за свитой Лазуфа. Местные южане вероятнее всего были теми самыми маршакри, которые как рассказывал Дерзольд, время от времени нанимаются охранниками в караваны, но наибольшее внимание привлекала все же девушка, которая выделялась на фоне остальных, подобно тому, как мы выделялись на фоне анасмеров. Когда она только вошла в таверну, ее отличие стало еще более явным. Нужды в капюшоне больше не было и скинув его, она явила на свет короткие до плеч розовые волосы. Столь яркий окрас тут же привлек внимание моих спутников, а мне напомнил о гарнетах – молодежи, которая так восхищалась эльфами, что пыталась подражать им в экспериментах над внешностью. Похоже, она была из этих бестолковых детей, впрочем, ее внешний вид плохо вязался с нынешней деятельностью и очень добротной легкой резной броней цвета темного серебра. Если память мне не изменяла, то этот материал звался адаск, и цена его была столь велика, что позволить его себе могли только стражи при королях. Ее появление в таверне привлекло не меньше внимания, чем наше. Точеное лицо ничего не выражало, а голубые глаза опытного наемника в один миг окинули взглядом всех присутствующих. За ее спиной по-прежнему висел щит, а на поясе болталась булава. С другими охранниками Лазуфа она не говорила и даже не обменивалась взглядами. До того момента как она подошла к стойке и попросила воды, я вообще сомневалась, что она может говорить. Впрочем, она не мало внимания уделяла нам. Я заметила несколько небрежно брошенных оценивающих взглядов, как на улице. Так смотрели воры и убийцы, заранее оценивая возможности жертвы. Стоило напомнить моим спутникам, чтобы держали двери своих комнат на замке, а оружие под рукой. Сам Лазуф не потрудился представить нам свою свиту. Возможно только потому, что не видел в этом смысла. Они были не более чем временной охраной. Справедливости ради, он не выспрашивал и наших имен, а говорил только с Рыжиком и иногда отвечал Кеолу, периодически задававшему вопросы.
– Нам стоит приглядывать за ней, – Шепнула я Дарлису, который сел рядом, когда мы располагались за столом.
– Думаешь, она из маршакри?
– Или от Амерона.
– Да уж, больше похожа на фанатку некромантии, – Согласился Андрей, – Но прическа прикольная.
Покончив с едой и вволю напившись воды, я намерилась принять ванну, но прежде попросила у Рыжика пергамент.
– Может, все вместе составим депешу Диме? Раз уж у нас теперь нет секретов? – Предложил Дарлис.
– Мы свои уже составили, – Ответил Пиксель.
– Прежде я хочу умыться и рассчитываю сделать это в одиночестве.
Дарлис покраснел и опустил взгляд, подняв руки:
– Хорошо, я просто предложил…
– По крайней мере, теперь нет нужды прятать послания друг от друга, верно? – Примирительно спросил Андрей, посмотрев на меня.
– Нет.
Бросив последний взгляд на наемницу Лазуфа, я направилась в сопровождении трактирщика к своей комнате. Постоялый двор действительно был вместительным, но, как и сказал Римсал, некоторым пришлось потесниться. Так гвардейцы разделили две комнаты, еще по одной досталось остальным. Моя не отличалась какими-то изысками, но я впервые была так далеко на юге, и даже простое убранство показалось мне сказочным. Окно украшено резными ставнями. Ширма с таким же рисунком разделяла гостевую часть и ту, где располагалась кровать. Сейчас гостевая часть была занята большой ванной, рядом с которой расположился низенький столик с массой косметических средств.
– Это все входит в стоимость, – Улыбнулся Римсал, – Отдыхайте миледи…
– Диана.
– Миледи Диана, – Трактирщик поклонился, – Если угодно, я распоряжусь доставить вам фрукты, они очень освежают в эту пору. Я как раз закупил лучшие, какие можно найти на здешнем рынке.
– Позже. Благодарю.
Наконец оставшись в одиночестве, я разделась и окунулась в теплую воду. В местном климате она остывала медленно и давала возможность для разнообразия насладиться жаром, а не мучиться от него. Большую часть жизни я провела в дороге и имела весьма смутное представление о том, как пользоваться косметикой, поэтому просто наливала себе в ладонь жидкости из пузырьков, принюхивалась и наносила на кожу. Меня так разморило, что впервые за долгое время я позволила себе ни о чем не думать.