— Пройдитесь по рядам, узнайте, остались ли еще кочевники у моря.
Женщины сразу сообразили, что имеет в виду Всадник.
Моргана вытянула неугомонное чадо из-под стола и стала, дожидаясь Сауле.
Оставлять Всадника одного не хотелось, но Сауле прекрасно понимала, что будет, если выказать Анвару свою жалость. Быстро поднявшись и бросив на него полный боли взгляд она подхватила девочку за свободную руку позволив увести себя к бойким торговцам и подозрительным покупателям.
Они с Морганой изобразили из себя гуляющих подруг, двинувшись по центральному, самому людному, ряду, лавируя между людьми, корзинами и телегами. Они единственные из присутствующего народа чувствовали себя спокойно в этой толчее — денег не было ни у одной из них.
Первым вернулся Кит, ведущий в поводу четверых коренастых гнедых коней. Животные спокойно, не обращая внимания на шум и толкотню, плелись следом за радостным эльфом лишь иногда отвлекаясь на торчащую из корзин зелень.
Следом, практически сразу за квартероном, вернулись и женщины, обрадовав принесенными новостями — как минимум один табор остался на холме.
Немного настораживали лишь увеличенные патрули, не гнушающиеся прогуливаться и по самой рыночной площади, но пока внимания на потрепанных путников они не обращали. Так что откладывать выезд дальше не стали, погрузили Всадника на коня и двинулись вдоль берега к Солнечному холму.
Проехали уже полдороги, когда, метнувшись искрой, перед Анваром завис, переливаясь синим, сгусток энергии. Путники остановились, удивленно разглядывая явление, только Анвар, пускай и был так же поражен, привычно подставил руку. Сгусток в последний раз мерцнул и обернулся синим шаром с прожилками, свалившись в подставленную руку.
— Анвар, — шепнул Всадник, поднеся шар к губам. Тот словно растаял, оставив после себя сложенный в форме маленького, но толстого квадрата лист бумаги. Развернутый, он оказался не таким уж и маленьким и к тому же полностью исписанным неаккуратными корявыми рунами, иногда перепутанными местами.
Спутники сидели и молча наблюдали за хмурящимся, читающим послание Анваром.
«Привет тебе, Темный. Я смотрю судьба не в силах развести нас, не подбросив радости.
Я был в море, нанялся на рыболовную лодку, и оттого пишу только сейчас. Так что извини уж.
На пятый день в деревню пришли люди. Именно люди, но очень странные. С ними встретился Жун, он тебе должен столько же сколько и я. Так вот, они расспрашивали про тебя и твою женщину. Держались при этом точно как ты, далеко, и зыркали из-подо лба. Про тебя им местные сказали.
Коней не нашли, пошли на лодке, как и вы.
Ах да, их пятеро.
Будь осторожен. Том. Девчонке привет передавай.»
— Демоны, какой болтливый этот раб, — пробормотал Анвар досадливо, в душе радуясь, что не прибил его сгоряча.
— Анвар? — Сауле вопросительно приподняла бровь.
— Едем, не стоит задерживаться, — улыбнулся ей Анвар.
— Анвар, — возмущенно возопила девушка, трогая коня, но добиться большего от Всадника ей не удалось.
Береника, выпустив ровное колечко дыма, уставилась вдаль, пытаясь разглядеть путников, так громко встреченных табором. Ухмыльнулась радостно: «они, долго ждать пришлось». Медленно затянулась в последний раз и вытряхнула трубку, постучав о коричневый, видавший еще ее прабабку, башмак. Встала неспеша, выгнула спину, потягиваясь, и побрела навстречу, что-то больно взволнованные голоса слышны.
— Матушка Береника, — первой заметила подходящую старуху Сауле, — помогите ему.
Бледного, покрытого испариной Всадника мужчины кочевники как раз в это время снимали с седла, не слушая его возражений и проклятий.
— Вот же неуемные, — цыкнула зубом старуха, разглядев и испуганную Сауле и едва стоящего на ногах Анвара и трех неизвестных спутников. Покачала головой неодобрительно и повелела, — этого в мой вардо, ты, — ткнула она пальцем в Сауле, — со мной. Расскажешь пока. Этих, — сухой перст старухи ткнул в Кита с семьей, — поселите возле Папуша.
Кочевники, молча, подчинились, увлекая Анвара вглубь лагеря, а несколько женщин, взяв под руки квартерона и его жену, потянули, наоборот, к крайнему фургону.
— Ну, рассказывай, куда вляпаться успел, — хмыкнув, залезла старуха в свой дом на колесах, когда оттуда вышли мужчины, сопровождавшие Всадника. Следом робко вошла Сауле, скромно сжавшись, стала у входа, глядя на старуху.
Фургон Береники, такой маленький снаружи, изнутри выглядел как самая настоящая комната. У переднего края его была сделана высокая и широкая, засыпанная подушками, кровать. Над ней окошко, выходящее к кучеру. Напротив входа обтянутая кожей лавка, а над ней несколько шкафчиков, запертых на медные, резные замки. Справа, шкаф во всю стену. Все это было окрашено в красно-желтые тона с вычурной отделкой из медных и золотых украшений.
