Ник симптоматично заиграл бровями, кажется, в предвкушении легкой добычи, но Алька этого уже не видела, так как шагала к выходу из зала, виляя филейной частью. Стоило ей очутиться в холле, она рванула в туалет — точь-в-точь лошадь на скачках, Тоська уже была на месте, и Аля закричала:
— Ищи про лошадей! И про эти… как их… масти!
Из кабинки выползла бабка лет ста двадцати, совершенно бесцветная, сморщенная, усохшая, и с гневом на комичной рожице, тонкими губами, вымазанными яркой помадой, прокаркала:
— Что вы так орете? Здесь не ипподром.
— Извините, бабуля, я думала, это мавзолей, и решила разбудить покойников, — небрежно бросила ей Аля, идя к подруге.
Старушка прошествовала к выходу, тихо негодуя на беспардонную молодежь, но Альке было все равно, что там себе думает пыль веков.
Девчонки росли на одной улице, Тося немножко старше — ей двадцать семь, в отличие от Альки блеклая, ее не спасают ни смоляные вьющиеся волосы, ни темно-коричневые глаза, оживляющие личико простушки, и фигура коренастая, приземистая. Да какое значение имеет внешность, если человек от природы добр, его не переделать жестоким временам, он открыт и честен, всегда готов прийти на помощь? Закрепилась здесь Тося уж тому лет пять, образования не получила, но профессия у нее востребованная — домработница, она только убирает (без готовки), а при ее-то честном отношении к делу Тоська нарасхват. У нее вся неделя распределена по клиентам — не продохнуть, тем не менее она, только она, откликнулась, когда Альке понадобилась срочная помощь.
— Ну, рассказывай… — выскочив из кабинки, потребовала Аля, заодно поправляя на себе платье. — Сначала про масть.
— Сама посмотри, здесь картинки, так лучше запомнишь.
Тося повернула к подруге планшет, а та стала водить пальчиком по экрану, выбирая лошадь. Память у нее супер! И визуальная и произвольная. Альке завидовали за способность прочесть текст всего один раз и запомнить его, разумеется, не дословно, но в деталях. Это не значит, что ее голова забита всяческим хламом, от ненужных файлов Алино серое вещество успешно избавляется, словно это кибермашина, умеющая делать отбор.
— Тося, я тебя обожаю!
Алька чмокнула воздух, адресовав поцелуй единственной подруге, и помчалась на выход, но Тося крикнула вдогонку:
— А мне как? Ждать здесь?
— С полчаса посиди, — не оборачиваясь, бросила Аля, — потом уходи.
Она вернулась за столик, взяла вилочку с ножиком, намереваясь доесть морковку с яблоком, и улыбнулась Нику, защебетав:
— Не думала, что так скоро найду ценителя лошадей. Я, допустим, без ума от серебристо-вороной масти, эти лошади необыкновенной красоты: грива и хвост светлые, а тело антрацитового цвета. И бликует во время движения, будто всю лошадку искупали в бассейне, каждая мышца играет.
Все запечатлела память на картинке, а воображение дорисовало!
— Мне нравятся гнедые, — сказал Ник.
— Хм! «Чадящее пламя» — так в переводе с латинского, кажется, называют эту масть, да?
Она не собиралась его удивлять, цель другая — заинтересовать, чтобы у него возникло желание общаться с ней, а Ник все больше терялся, что ли:
— Ты отлично разбираешься в лошадях.
Копни глубже — и Аля продемонстрирует полнейшее невежество в данном вопросе, ведь пробежала глазами всего одну статью, что запомнила, то и выдала. Однако с Коленькой что-то не то, он как-то скис. Альку пугали перемены в нем, эдак сбежит по непонятным причинам, не доев мясо и, главное, не назначив свидания. Что сделано не так? Да некогда заниматься самоанализом, Аля решила не давать ему времени думать, а засыпать вопросами:
— Ты занимаешься конным спортом или?…
— Нет, я болельщик. А ты занималась?
— Какое совпадение, я тоже болельщик. А у тебя…
— Слушай, поехали ко мне? У меня дома офигенное шампанское.
Ба-бах! Вот так сразу — к нему? Этого она не ожидала, соответственно, не готовилась. И что делать?
Вольская и Бисеров пересели в приехавший автомобиль на заднее сиденье, между ними находился тот, кого Зоя Павловна серьезно побаивалась. Не получится договориться — плохо придется, с ней лишь бесполезный Бисеров, а с Кривуном — двое. За рулем торчала ряха классического бандюка лет сорока пяти, пассажирское сиденье занимал крепкий молодой мужик (явно телохранитель), то есть в стане противника на одного человека перевес. Да, у Зои шансов мало, и все же они есть… Следует отбросить все сомнения.
