«Есть у меня некоторые подозрения, что Кара с моим ребёнком прячется у Жазель… Я должен выяснить все подробности сейчас. Мне кажется, она что-то задумала, и это может сыграть со мной злую шутку. Мне нужно быть готовым ко всему, и небольшой риск того стоит.»
«Небольшой риск?» — вздёрнув бровь, переспросила Эльза.
«Если запахнет жареным — я обязательно ускользну.» — Кён подмигнул сестре, как бы напомнив, что он умеет телепортироваться. Достаточно лишь оставить клона в каком-нибудь укромном месте дворца. Вот только он не питал уверенности, что это его спасёт, если его возжелает схватить сама матриарх. Но также парень не чувствовал в ней угрозу, учитывая то, что её формация полёта в прошлом спасла его от 0-го генерала.
В зверинце парочка встретила Астарту, и вместе с ней отправилась ко дворцу.
Суккуб оказалась немногословной и даже умудрялась игнорировать присутствие столь желанного ею человека рядом с собой. Она проявляла удивительную сдержанность. В последний раз ей удавалось так вести себя перед великим пиром Хлебери. Неужели решила воскресить свой образ благородной леди, знающей себе цену? Или ещё что-то задумала?
В середине пути Астарта попросила у сладенького ладонь, дабы обновить свою ауру, блокирующую аромат таланта, иначе сёстры могут учуять его.
Кён не отказал ей, а зря, потому что метка имперских суккубов действует гораздо дольше. Другими словами, только что крылатая украла у него поцелуй в руку.
Следом Руру протянула маску, сказав властелину, что хоть он и находится в обличии демона, но всё-таки его могут узнать, а это может обернуться грандиозной охотой.
Кён отказался от маски и создал себе другую из стихии земли с витиеватыми узорами, закрывающими верхнюю половину лица. Её должно быть достаточно.
Наконец, на горизонте показался дворец демонов похоти. Настала пора заручиться поддержкой последней семьи из списка. Следом только встреча с Люциусом.
(П.А. Люциус запретил Эльзе участвовать в турнире. Почему? Многие либо не вспомнят, либо не поймут, посему я сделал небольшую коррекцию в 600й и 601й главе (итого поправил 4 абзаца). Суть в том, что незадолго до турнира ей стукнет 21 год, а участвовать можно до 20-ти. Вот и всё! Точный возраст можно определить соответствующим предметом. Термин «возраст души» я ввёл ещё во 2-й арке, так что это не рояль.
Да простят меня читатели. В своё оправдание скажу, что это ничего по сути не меняет. Просто делает ситуацию с неучастием Эльзы в турнире правдоподобнее.)
Дворец демонов похоти походил на сказочный замок с множеством длинных воздушных башен, в каждой из которых будто заточена своя принцесса, нуждающаяся в спасении — примерно так подумала бы какая-нибудь целомудренная благородная леди. И Эльза, судя по восхищённому блеску в глазах, была одной из них. Однако Кён понимал, что в эти строения фаллической формы с округлой грибовидной крышей заложен несколько иной смысл.
Вскоре суккуб, два человека и телохранитель Люциуса попали во дворец.
Астарта повела гостей в подвальные этажи. Именно там Руру скрывают все свои самые страшные секреты. И чем ниже они спускались, тем интимнее становилась атмосфера дворца, что все сильнее угнетало Эльзу.
По пути им часто попадались соблазнительные суккубы, идущие вместе с полуголыми мужчинами от совсем юного возраста до седовласых стариков. Иногда с двумя, тремя или даже в окружении группы своих подчинённых. Руру по-свойски обнимали их за талии, как богачи своих эскортниц, будто они поменялись гендерными ролями. Они игриво щупали мужчинам попы или даже, засунув руки им в трусы, массировали там что-то.
Однажды одна крылатая и вовсе сидела на своём рабе, скрестив ноги, как царица на троне! Вот только не на плечах, а на его твёрдом достоинстве, которое и держало её на весу. Таким образом девица, очевидно, хвасталась.
Особенно смущающей оказалась сцена стонущего юноши, идущего рядом с красавицей в розовом белье. Понять, что именно доставляет ему удовольствие, удалось только посмотрев на его трусы: в области задницы у него то выпирает, то пропадает хвост его хозяйки, делающей вид, что она не при делах.
От этих похотливых сцен личико Эльзы залилось краской, у неё кружилась голова, и она вцепилась в руку брата, как за спасательный круг: {«М-мне не нравится это место-о-о!»}
{«Мы здесь не задержимся. Потерпи немного.»} — безмятежно ответил Кён.
Всё происходящее могло бы показаться безобидным и сексуальным — подумаешь, милые красотки играются с мальчиками — но Лавру было тошно. За красивыми мордашками суккубов скрываются порочные, тёмные создания, о чём явственно говорят пустые глаза их рабов. Они — безвольные марионетки, которым сломали личность и промыли мозги с помощью дрессировки, где главным инструментом являлась страсть. Только она и осталась у рабов, однако даже её они уже не слушают, потому что на всё воля хозяйки.
