Все, что мы хотели полностью

– Блин, ты такая крутая, – сказала я, думая, каково приходится Пейдж, которая вышла фигурой в коренастого Адама, тогда как Риз получилась копией матери. От этих мыслей мне стало неловко, и я приняла это за знак, что зацикливаюсь не на том. Джули уж точно не стала бы на таком зацикливаться. Широта её ума и безграничная уверенность в себе передавались всем окружающим – и дочерям, конечно, тоже. – Хорошо, что у меня сын. С девочкой я бы вообще облажалась.

– Ну, не думаю, – ответила она, не став отрицать, что Финча я испортила. Я сказала себе – не время переживать из-за пустяков. Мне нужно обзавестись бронёй. Если бы я хотела пойти лёгким путём, я позвонила бы Мелани.

– Ну, тем не менее, – сказала я.

– Тем не менее я приготовила салат с курицей. Будешь?

– Нет, спасибо, – ответила я. – Я не голодная.

– Может, хочешь чего-нибудь выпить? Кофе? Чаю с сахаром? Бокал розового?

В общем-то, немного кофеина мне не помешало бы, но я не хотела упускать момент. Я хотела, чтобы мы сидели где сидим столько, сколько это возможно.

– Нет, спасибо, – вновь сказала я. – А где Адам и девочки?

– Ушли за покупками. Я написала им огромный список.

Я улыбнулась и поблагодарила её, зная: она сделала это ради меня и, может быть, отменила все свои сегодняшние планы.

– Да не вопрос, – сказала она. – Ну, выкладывай, что случилось? Я так понимаю, опять по поводу Финча?

– И да и нет, – ответила я и рассказала ей обо всём. О нашей встрече с Томом и Лилой. О том, как Финч извинился. О билетах на Люка Брайана. О вранье Финча. О вранье Кирка. Вообще обо всём.

– Сукин сын, – прошептала Джули. – Я так и знала.

Кажется, она хотела сказать что-то ещё столь же нелестное, но я подняла руку и сделала знак молчать.

– Да. Но если честно, это ещё не самое худшее. Это просто к тому… какой он муж и отец. Каким человеком он стал. И вообще… Мне кажется, измена – только один из признаков… и я больше не могу.

– Что ты имеешь в виду? – спросила она мягко.

– Я имею в виду… мне кажется, я хочу с ним развестись, – сказала я.

Ни один мускул не дрогнул на лице Джули. Казалось, она этого ждала.

– Ладно. Давай подумаем. У тебя есть доказательства – сообщения, там, чеки?

– Нет. Только случайный звонок и то, что рассказал Том. Я знаю, это лишь догадки, но ещё я чувствую. Очень сильно чувствую.

– И это тоже важно, – сказала она. – Но всё-таки мне кажется, тебе нужен частный детектив. Я знаю одного из Нэшвилла, он очень крутой.

Я покачала головой:

– Доказательства мне не нужны. Я и так знаю, что он делает.

– Да, но всё равно. Все связи в Теннесси строятся на принципе личной виновной ответственности.

– И это значит…

– И это значит, что факт измены определённым образом скажется на решении суда. К тому же это неплохой метод воздействия. Кирк всегда волнуется о том, какое впечатление производит на людей.

– Увы, нет. – Я покачала головой.

– Ну хорошо, на некоторых людей. Поэтому он и занимается своей сраной филантропией.

– Может быть, – сказала я. – Но люди готовы простить ему что угодно… только из-за денег. Они любят его за деньги.

– Я знаю, – ответила она, – и это отвратительно.

Мы молча покачивались в креслах, глядя на лужайку перед домом – аккуратный квадрат газона, прекрасную магнолию, ряд кустов белой гортензии, высаженной у крыльца. Пейзаж был таким простым, что напоминал детский рисунок, вплоть до жёлтой бабочки, порхающей возле нас над цветком. Я знала – Джули, как и я, следит за её полётом в лучах солнечного света.

– Так ты будешь моим адвокатом? – спросила я.

Джули вздохнула.

– Я не знаю, Нина…

– Что значит – ты не знаешь? Ты моя лучшая подруга, ты адвокат по расторжению браков. – Я невесело рассмеялась.

– Я знаю. И я с радостью возьмусь за твой случай. – Я заметила, что она не просто так произнесла слово «радость». – И, конечно, я справлюсь. Но, может быть, ты захочешь птицу поважнее?

– Поважнее? – удивилась я. – Да ты что, Джули? Какая птица важнее тебя?

– Тоже верно. – Она улыбнулась мне. – Но ты понимаешь, что я имею в виду. Есть юристы, которые работают с VIP-персонами и знаменитостями…

Я покачала головой.

– Нет, я хочу только тебя.

– Ну ладно. Я к твоим услугам. Всегда.

Я кивнула и сказала:

– О′кей. Что мы будем делать дальше?

– Мы наймём частного детектива… ты соберёшь все возможные данные. Информацию о финансах, выписки с банковских счетов, сведения о затраченных капиталах, список всех ресурсов. Мы пришлём ему повестку в суд, а пока делай всё возможное. Когда соберём информацию, подадим жалобу. Потом надо будет выждать шестьдесят дней, ну а дальше…

У меня скрутило желудок.

– Ты думаешь, дойдёт до суда?

– Может быть. Скорее всего.

– И соберётся много людей? Будут посредники?

– Да, – сказала она. – Но Кирк не сможет работать с посредниками, верно. Он не знает слова «компромисс».

– Да он выпадет в осадок!

– Ах, бедняжка, он решит, что его предали, – процедила Джули. Её голос сочился нескрываемым презрением.

– Ты его ненавидишь, да?

Она долго смотрела на меня, будто пытаясь сдержать себя в руках перед лицом если не нового клиента, то старой подруги. Но всё-таки не смогла.