- Зарабатываю на жизнь, на учебу, и медицинский уход для Мелани. Здесь платят хорошо, потому отчаянно держусь за место. График подходящий: ночью работаю, днем свободна. По выходным иногда подрабатываю на подтанцовках в концертах. Один раз в клипе снималась.
- Напряженная у тебя жизнь.
- Очень. Стараюсь ради бабушки. Хочу почаще общаться. У нас не так много времени осталось. Скоро она перестанет узнавать меня. Не знаю, что буду делать, когда Мелани посмотрит чужими глазами... Все равно ее не брошу.
- Если этот Роберт богат, почему он тебе финансово не помогает?
- Сама отказалась. Я же не проститутка, чтобы получать деньги от мужчины только за то, что спим вместе. Кроме секса нас ничто не связывает. Никуда вместе не ходим и не ездим. Предлагал как-то шикарный отпуск на Бали, я отказалась. День и ночь видеть его рядом? Хуже наказания не придумаешь. Раньше, в самом начале ощущала к нему нечто вроде привязанности, как к родственнику, но это давно ушло. Теперь жутко ненавижу. За все, что он сделал со мной. И, возможно, с моими родителями. Когда увидела их семейное фото, появились у меня подозрения.
- Насчет чего?
- Насчет семейных разногласий. И моего сиротства. Кажется, это взаимосвязано.
- В каком возрасте ты осталась одна?
- В два года.
- Ах, малыш... - Марк приобнял девушку с такой осторожной лаской, будто ей и сейчас было не больше двух. - Если тяжело, не рассказывай дальше, я и так понял, в чем дело. Неважно, с кем у тебя что было. Важно, что сейчас со мной, и я тебя не брошу.
- Не беспокойся, я в порядке.
Лежать на груди Марка было здорово, защищенно, как когда-то на груди бабушки, когда была маленькой, совсем маленькой. Последнее время они поменялись ролями: когда бабушка лежала в постели, Тиффани клала ее голову себе на грудь и ощущала себя ответственной за нее, как за собственное дитя.
- Хочу, чтобы ты знал все, что знаю я, так будет проще. Убийство моих родителей не раскрыли. Хотела понять - почему. Узнать подробности. Недавно занялась этим вплотную. Покопалась в старых газетах. Прочитала все, что нашла. Материалов много, преступление широко освещалось в прессе. Оно потрясло жестокостью даже наш не самый спокойный Комптон, в котором я в то время жила. Загублены четыре жизни: двое мертвы, один ребенок остался сиротой, другой не родился.
- Твоя мама была беременна?
- Да. И это не остановило убийцу. Как же он должен был ее ненавидеть! В газетах обсуждались подробности, давались комментарии, выдвигались версии - от мафиозных разборок до вторжения с целью грабежа.
Я вчитывалась в строчки репортажей, пытаясь воссоздать картину. Согласно полицейским протоколам, она выглядела так. Следов взлома нет, значит, отец открыл дверь сам, вероятно, знакомому человеку. У порога получил пулю в грудь. Стрелял профессионал высокого класса - одна пуля точно в сердце. Смерть мгновенная и гарантированная, не требуется контрольного выстрела в голову. Тем же способом убита мама.
Манера убивать у каждого киллера своя, называется почерк. Если он достаточно оригинальный, можно вычислить преступника. Полиции было известно: убивать пулей в сердце - почерк одного неуловимого киллера из мафиозной структуры «Ндрангета».
- «Ндрангета»? Никогда не слышал.
- «Она невидима, как обратная сторона Луны» - говорят про нее криминальные репортеры. Кстати, происходит банда из провинции Калабрия, именно оттуда приехала в Америку моя семья много лет назад. Да, забыла сказать - по отцу я итальянка.
- Как твоя фамилия? - поспешил уточнить Марк. - Почему я не нашел тебя ни в одной поисковой системе под фамилией Вильямс? Менеджер по персоналу сказал, что у тебя двойная фамилия. Почему?
- Фамилия по отцу Ди Люка. После гибели родителей бабушка взяла меня к себе и записала под фамилией матери - Вильямс. Не знаю почему. Как-то она принялась рассказывать о проклятии, которое лет сто назад наслали на их семью. По-моему, все это глупые легенды и предрассудки. Официально меня зовут Тиффани Ди Люка - Вильямс. Чаще всего пользуюсь второй частью. Она проще и звучит по-американски.
Неудивительно, что ты в интернете меня не нашел. Стараюсь не светиться в социальных сетях. И в полицейских протоколах. Мне нельзя попадать в полицию, даже в качестве свидетеля. Нельзя получать штрафы за неправильную парковку или превышение скорости. Наш босс, тот, у которого «Мазерати», его Хуан Ой зовут, строгий. Следит за поведением персонала, чтобы не бросали тень на репутацию клуба. За малейшее нарушение или подозрение на нарушение - прощай, работа. А я держусь за нее. Обожаю танцевать...
- Я заметил. Еще в конторе.
- И с материальной точки зрения устраивает. Иначе пришлось бы в супермаркет идти, товары на полки выставлять за мизерную плату. Или в бар официанткой. Но мне дневная работа не подходит.
- Понимаю. Слушай, ты меня заинтриговала. Про мафию. Прямо-таки крестный отец дон Корлеоне получается.
- Обожаю этот фильм. Там Аль Пачино жуткий красавчик...
- Эй, не забывай - я ревнивый.
Тиффани улыбнулась, впервые за время разговора, чмокнула Марка в подбородок.
