Легонько похлопав Марка по левой руке, она плавно вышла, точно выплыла, из палаты. Не успел он подумать, чем бы пока заняться, как услышал, что входная дверь снова распахнулась. От нее в комнату вел коридорчик, из-за которого он не сразу видел входящих. Подумал, что вернулась улыбчивая медсестра, хотя по логике было невозможно. За секунду она не успела бы не только наполнить стаканчик водой, но и отойти от палаты на пару метров.
Вошел молодой человек, примерно одного возраста с Марком. Индийского происхождения, ярко-красивый, с густым, черным чубом, волной зачесанным назад. Без обычного для индусов тюрбана - нерелигиозный, значит. Его кожу цвета крепко заваренного чая, оттенял белый халат с короткими рукавами, из которых высовывались крепкие руки с крупными пальцами. На левом нагрудном кармане стояли вышитые красными нитками слова в две строки - его имя и должность. Марк ни того, ни другого не разглядел, но понял, что это доктор.
При взгляде на него взяла зависть: вот кто звезда больницы. Он стал бы и звездой Голливуда, если бы помощники режиссеров знали - где искать исполнителя роли коварного любовника или восточного принца. Подобные красавчики купаются в восхищенных взглядах девушек. Марк, в принципе, не жаловался на отсутствие женского внимания, но не отказался бы хоть раз побывать в шкуре эталона красоты. Впрочем, не сегодня и не в ближайшее время. Его ждет Тиффани, а всех остальных пусть забирает себе доктор, если он, конечно, не страдает отклонениями в ориентации...
- Добрый вечер, меня зовут Халид, - представился доктор, широко улыбаясь, будто всю жизнь только и мечтал увидеть беспомощного Марка. Подошел к кровати, взял его левую ладонь, подержал в руках - теплых, мягких, и опустил обратно. - Как себя чувствуете? - задал традиционный вопрос. Наверное, ему обучают будущих докторов в самый первый день занятий в университете.
- Хорошо. Спасибо, - так же традиционно ответил пациент и вопросительно посмотрел на Халида.
Это он должен сказать, как Марк себя чувствует - с медицинской точки зрения. Жаловаться и ныть нет смысла. Если пульс и давление в норме, жалобы выслушиваются, но к сведению не принимаются.
- Кто вас так обработал? Сделали заявление в полицию? - спросил Халид, сдвинув озабоченно брови. Между ними образовалась глубокая продолговатая щелочка - как отверстие для монетки.
Не надо воспринимать его мимику как искреннее сочувствие, этому они тоже учатся.
- Нет. Это были случайные люди, на улице. Что у меня сильнее всего пострадало, доктор? - по-деловому спросил Марк, ожидая такого же делового ответа.
Пациент в здравом уме, соображает четко, разговаривает связно, слова утешения или сочувствия не требуются. Доктор кивнул - мол, мы поняли друг друга, расправил щелочку на переносице и присел на кровать.
- Повреждения следующие. Начнем сверху. Сотрясение мозга. Легкое. Ушибы и царапины лица. Ничего опасного. Ушибы, синяки по телу. Через неделю не останется следа. Внутренние органы в порядке. Переломов, обширных гематом, разрывов сосудов нет. Давление чуть пониженное, но ничего опасного. Лейкоциты в норме, эритроциты...
- Не надо специальной лексики.
- В-общем, состояние не вызывает опасений. Лекарств назначать не буду, организм здоровый, сам справится. Покой, качественная еда и витамины приведут вас в порядок через два-три дня.
Вошла медсестра с полным пластиковым стаканчиком, подала Марку и молча встала у шкафа, сложив руки в замок. Он выпил половину, потом до дна - никогда еще вода не казалась такой вкусной. И оживляющей.
- Что с правой рукой? - поинтересовался. Совсем недавно рука противно нудела, сейчас же пригрелась на груди и не подавала признаков недомогания. Наверное, испугалась присутствия доктора.
- Правая пострадала сильнее - ушиб локтевого сустава и мышц плеча. К счастью, вывиха рентген не обнаружил. Руку мы перебинтовали, чтобы не напрягалась. Когда перестанет беспокоить, бинт можно снять. Сейчас болит?
- Сейчас нет. Недавно болела.
- Сделаю обезболивающий укол, чтобы вам хорошенько отдохнуть. Затем начнется естественное заживление. Процесс может сопровождаться неприятными ощущениями. У вас высокий болевой порог?
- Н-не знаю, - ответил неуверенно. Так жестоко, как вчера ночью, то есть сегодня утром его никогда не били, костей прежде не ломал. А какую боль он имеет ввиду? Если физическую, то пару дней Марк потерпит. Если душевную, то все пороги он давно миновал, когда исчезла Тиффани...
- Если будет невыносимо терпеть, выпишу продиак, - перебил его мысли доктор. - Принимать по две таблетки три раза в день после еды, запивать водой, дозу не превышать, - заученной скороговоркой произнес Халид и достал из кармана с вышивкой блестящую палочку размером с авторучку.
- Следите за кончиком, не поворачивая головы.
Медленно поводил палочкой справа налево, проследил за глазами Марка. Убрал палочку в карман. Бросил беглый взгляд на монитор. Сказал:
