Кирилл смотрел на людей, суетящихся возле продавцов. Их глаза лихорадочно блестели, а руки нервно шарили в карманах в поисках денег или чего-то для обмена. Один мужчина кричал, что ему нужно больше боли, и бросал свои последние купюры в лицо продавцу, который лишь усмехался.
– Нужен товар, друг? – к Кириллу подошел сгорбленный человек с глазами, напоминающими глаза слепой рыбы. – У нас все настоящее. Удовольствие, отчаяние, даже чистый страх.
Кирилл отвернулся, чувствуя, как подступает тошнота.
Он вышел из аллеи и оказался в районе, который местные называли "Темные дворы". Здесь каждый дом казался умирающим, облупленные стены были покрыты граффити, в которых обещания вечного счастья перемешивались с угрозами смерти в художественном хаосе. На одной из стен он заметил надпись: "Если ты здесь, ты уже проиграл".
Под уличным фонарем неподалеку стояла женщина с пустыми глазами, ее лицо покрывали тонкие шрамы. Она держала в руках что-то, похожее на изуродованную куклу. Рядом, на крыльце разрушенного здания, сидел мужчина, нервно дрожащий, словно находящийся в ломке. Его губы шептали слова, которые не складывались в предложение.
Кирилл шел дальше, но его шаги эхом раздавались в тишине, словно сама тьма внимательно слушала.
Он дошел до места, которое позже назвал "сердцем тьмы". Это была большая площадь с огромной ямой, окруженной стальными ограждениями. Люди стояли на краю и смотрели вниз, но Кирилл не мог разглядеть, что там, только слышал едва различимый низкий гул, будто сама земля стонала.
– Что это? – спросил он женщину в черной одежде, стоявшую рядом.
Она подняла на него безразличный взгляд.
– Место, где можно сбросить груз. Больше не думать. Просто прыгнуть и стать частью чего-то… большего.
– Они выживают? – осторожно спросил Кирилл.
Женщина улыбнулась, но это была улыбка мертвеца.
– Нет. Но кого это волнует?
Кирилл застыл, глядя на людей, которые ждали своей очереди. Они молча подходили к краю и прыгали, исчезая в темноте ямы. Никаких криков, никаких звуков падения, только гул, который становился громче с каждым телом, исчезающим в пропасти.
Он поспешно ушел, чувствуя, как его сердце сжимается от ужаса. В ушах стоял шум, словно сам город дышал ему в затылок, шепча: "Ты этого хотел? Ты?"
Последним местом, куда он забрел, стал Мост Забвения, узкая металлическая конструкция, соединяющая два конца оврага. Здесь не было света, только слабое свечение снизу, где блуждали силуэты людей. Кирилл заметил, как люди медленно шли по мосту, но не доходили до другого конца. Они блуждали туда-сюда, словно потеряли чувство направления.
– Они ищут то, чего не существует, – произнес голос за его спиной.
Это была Алина. Ее лицо казалось спокойным, но в глазах было странное удовлетворение.
– Они никогда этого не найдут, – продолжила она. – Потому что путь не имеет конца.
Кирилл обернулся к ней, его голос дрожал от смеси гнева и отчаяния.
– Это то, что ты хотела показать? Это их свобода?
Алина кивнула.
– Это не свобода, Кирилл. Это ее обратная сторона. Но ты знал, что так будет. Ты сам писал, что каждый должен нести ответственность за свои желания.
– Я этого не хотел! Прекрати! – закричал он.
Алина смотрела на него с легкой улыбкой.
– Желания людей искажены, Кирилл. Но ты знал. В глубине души ты знал, что, давая им свободу, ты подарил им и эту яму.
Алина развернулась и ушла, оставив Кирилла стоять на мосту, где тени продолжали бродить в темноте. Кирилл остался один, чувствуя, как город поглощает его. Каждое его слово, когда-то написанное с надеждой, превратилось в холодное, безжалостное эхо.
Он свернул в еще более узкий переулок, куда едва пробивался свет сквозь ржавые конструкции, свисающие сверху. Тишина, нарушаемая только отдаленным гулом города, казалась зловещей. Кирилл двигался осторожно, но его внимание внезапно привлек шорох и приглушенные голоса.
Звук доносился из угла, где между грудой мусора и полуразрушенной кирпичной стеной открывалась темная ниша. Подойдя ближе, Кирилл увидел мужчину, нависающего над молодой женщиной. Ее худое тело дрожало, она отчаянно пыталась оттолкнуть его, но мужчина был сильнее. Его грубые руки сжимали ее плечи, прижимая к стене так, что ее слабые протесты звучали глухо и безнадежно.
– Хватит, пожалуйста, – прошептала девушка, ее голос дрожал от страха.
– Ты сама виновата, – прохрипел мужчина. – Ты знаешь, как здесь все устроено. Никто здесь не скажет "нет" и не уйдет.
Кирилл почувствовал, как его руки сжались в кулаки. Кровь закипела, и волна ярости затопила его, сжигая страх. Он сделал шаг вперед, его голос прозвучал неожиданно твердо.
– Отпусти ее. Сейчас же.
Мужчина обернулся, его лицо исказила злая усмешка.
– И кто ты такой, чтобы говорить мне, что делать? – бросил он, делая шаг назад, но не отпуская девушку. – Герой? Здесь таких нет.
– Это твой шанс уйти, – холодно сказал Кирилл, приближаясь. Его сердце колотилось, но он не позволил себе дрогнуть.
Мужчина усмехнулся, его рука потянулась к карману. Кирилл заметил блеск металла, когда тот вытащил нож.
– Давай, спаситель, подойди ближе. Посмотрим, на что ты способен.