На улице шум парада становился все громче, в основном шумела толпа, почти перекрывая звуки оркестров. Повернув голову, метнув быстрый взгляд на стол, Том увидел, как клочки бумаги начала падать вниз. А у них было изорвано не больше четверти облигаций.
Оба стояли и рвали бумагу. Снизу доносились крики и вопли. Затем совсем другим, прерывистым ритмом, застучала нога в дверь ванной.
Они посмотрели друг на друга. Том сказал:
- Она может открыться?
- Боже...
Джо бросил бумагу, которую держал в руках, и побежал в другой конец кабинета. Истпул сильно и равномерно стучал в дверь, вероятно, каблуком ботинка. Сама дверь казалась достаточно прочной, чтобы выдержать эти удары, но крючок мог соскочить в любой момент.
Больше всего Джо хотелось открыть дверь и самому постучать по кое-кому, но тогда не исключалось, что Истпул и девушка смогут увидеть, чем занимается Том. А суть-то заключалась в том, что все должны думать, будто грабители унесли облигации с собой.
Джо осмотрелся, схватил стул и подставил его под дверную ручку. Ударом ноги попрочнее заклинил стул, отступил назад и посмотрел на результаты. Внутри Истпул продолжал стучать в дверь, но ни ручка, ни стул даже не подрагивали.
Том по-прежнему рвал бумагу возле стола Истпула. Джо, вернувшись, сообщил:
- Закрепил. Теперь не откроется.
- Хорошо.
На столе скопилась горка бумаги - неровные клочки не больше квадратного дюйма. Джо схватил две горсти, отнес к окну и сначала чуть высунул голову, чтобы посмотреть на другого полицейского, все еще маячившего справа от него. Тот смотрел в другую сторону, следил за крышей на противоположной стороне улицы.
Внизу сквозь тысячи падающих клочков бумаги Джо разглядел три открытых автомобиля, двигавшихся друг за другом, в каждом сидел на заднем сиденье астронавт, махал рукой и улыбался. Головная машина еще не поравнялась со зданием, и все они двигались очень медленно, делая не больше трех миль в час. Воздух был полон приветственных криков и бумаги.
Джо ухмыльнулся и швырнул из окна свою горсть разорванных облигаций. Вся масса начала падать как снежок, но сразу же рассыпалась, кусочки перемешались с лавинообразным потоком серпантина.
У Тома начали болеть большие пальцы и запястья. Облигации были напечатаны на плотной бумаге, а рвал он их как можно быстрее, по несколько штук. Сейчас он решил передохнуть, схватил горсть обрывков и повернулся к окну.
Джо как раз возвращался.
- Будь осторожен, когда станешь бросать, - предупредил он. - Там справа стоит полицейский. Он помахал мне рукой.
- Буду осторожен.
Том швырнул клочки, не показываясь из окна и не пытаясь увидеть полицейского в другом окне. Когда он вернулся, Джо набирал кучу крупных обрывков. Том поспешно сказал:
- Нет, не эти. Поменьше, поменьше. Эти еще не готовы.
Джо кивнул в сторону окна.
- Они проезжают мимо, Том. Машины проезжают уже мимо нас.
- Маленькие клочки, Джо, - настаивал Том. - Так чтобы ничего не было видно. - Он сгреб кучку бумаги. - Возьми вот это.
Джо раздраженно пожал плечами, взял кучку, которую собрал Том, и отнес ее к окну.
Следующую минуту или две оба стояли бок о бок у стола, разрывая последние облигации на крошечные кусочки. Затем выбросили их двумя пригоршнями в заполненный бумагой воздух, где они и растворились в общей массе. Три открытых автомобиля успели пройти мимо, но еще довольно много бумаги сыпалось из всех окон в этом квартале, поэтому вклад Тома и Джо был не заметен.
Том собрал последние несколько кусочков, оставшихся на столе, подбежал к окну и выбросил их. Джо медленно осмотрел пол и нашел полдюжины обрывков, не замеченных в спешке.
Когда Джо подошел к окну с последними клочками, Том сказал:
- Нельзя оставлять ни одного.
- Не оставим, - заверил Джо. - Ну, идем, - заторопился он, отворачиваясь от окна. - Пора убираться отсюда.
Но Том продолжал искать, хмуро глядя на пол.
- Если мы оставим хоть один клочок и его найдут, - пробормотал он, - то все раскроется. Они поймут, что мы сделали, и наши труды пойдут прахом.
- Мы все собрали, - настаивал Джо. - Кончай, пошли.
- Ха! - Том отыскал последний клочок на полпути между столом и окном. Он поспешил к окну, где снегопад бумаги уже начал редеть, и швырнул бумажку вниз. - Вот теперь все.
Джо уже открывал ящики стола. В одном из них он нашел бумагу для пишущей машинки и вытащил большую пачку. Том раскрыл голубую сумку для белья, и Джо бросил туда бумагу. В последний раз они быстро огляделись.
- О'кей, - сказал Том.
Джо посмотрел на телевизионные экраны. Все было спокойно.
- Прекрасно, - кивнул он. - Идем.
Они шли по коридору к приемной конторы и лифтам. Том демонстративно нес через плечо сумку для белья. И в этом-то и заключался смысл: нужно было, чтобы их видели выносящими добычу.
Шагая, Том сказал.
- Жаль, что мы не знаем такой дороги, где нет этих проклятых камер.
- Ну да, - согласно кивнул Джо. - Лучше бы охранники не знали, что мы идем.
- Мы можем попробовать, - сказал Том. Они подошли к двери в один из кабинетов, но Том остановился. - Тут есть камера. Почему бы нам не пойти другим путем? Может быть, удастся обойти ее с другой стороны?
