– Никто не понимает, Лайла, – быстро ответила Кэрол. – Мы даже не знаем, что там произошло на самом деле. Может, пора сменить тему? Кейт, расскажите о себе.
Четыре пары глаз обратились к Кейт, и она почувствовала, как у нее запылали щеки. Она поставила бокал на столик и открыла рот, чтобы что-то сказать, но не знала, с чего начать. Кэрол подсказала, спросив, из какой она части Англии.
– Брейнтри, графство Эссекс, – сказала Кейт, – только не используйте это против меня. – Судя по непонимающим взглядам, ни у кого из гостей не было ни малейшего представления об Эссексе. Кейт немного рассказала о своем детстве и взрослении, как она занималась портретной живописью, а теперь хочет овладеть искусством графического дизайна. Как обычно, повествуя о своей жизни, Кейт поверхностно освещала страшные страницы биографии – период жизни после университета, после случившегося с Джорджем Дэниэлзом, когда лежала в больнице или была затворницей в родительском доме.
– Так вы первый раз в Америке? – спросила миссис Андерби.
– Да.
– Мы должны составить для Кейт список того, что ей следует сделать, пока она здесь, – предложил Алан, и Кейт сразу же поняла, что таким образом он решил сместить фокус внимания, отвлечь от ее персоны. И это сработало. Все начали говорить буквально хором, забросав ее предложениями, как наилучшим образом провести время в Бостоне. Кейт подняла глаза на Алана, чтобы поблагодарить его взглядом, но он не смотрел на нее. Она с минуту изучала его профиль, впервые обратив внимание на полноватую нижнюю губу. Она почувствовала прилив нежности – он так старается защитить ее. Они виделись трижды, а ей казалось, будто она знает его всю жизнь. Внезапно смутившись, она перестала смотреть на него и снова взяла свой мартини, чтобы сделать глоточек. Она была пьяна и понимала это. Пальцам стало холодно ото льда, болтающегося в бокале. Она зачерпнула горсть орешков из маленького блюдца и начала один за другим забрасывать их в рот.
Примерно через двадцать минут компания под руководством Алана составила окончательный список того, что Кейт нужно увидеть и посетить. В перечень включили следующее: осмотреть Музей Изабеллы Стюарт Гарднер, побывать на игре «Ред сокс» в Фэнуэй-парке[21], попробовать лобстер-ролл[22] из ресторана «Устрицы Нептуна», переправиться паромом в Провинстаун[23], посетить частную библиотеку-музей «Атенеум» по другую сторону парка Бостон-коммон. Последнее предложил Алан, добавив, что будет счастлив отвести ее туда.
Билл встал:
– Кто желает на дорожку?
Миссис Андерби с готовностью подняла руку, но тут включилась Кэрол:
– Билл, думаю, у молодых людей свои планы на ужин.
Алан вопросительно посмотрел на Кейт.
– Думаю, что два мартини – это мой предел, – сказала она, и все засмеялись. А она пыталась понять, не заплетался ли у нее язык.
Кэрол проводила Алана и Кейт к входной двери, а Билл тем временем готовил напиток для миссис Андерби.
– Мне жаль, что пришлось прервать разговор об Одри Маршалл. Боюсь, Лайла и так не будет спать несколько дней, – пояснила она. – Кейт, я лично общалась с управляющим, а также с Бобом, Санибелом и с, как его, новеньким?..
– Оскар, – подсказал Алан.
– И с Оскаром. В ближайшие месяцы привратники будут начеку.
Алан и Кейт остались в коридоре одни – Кэрол настаивала, чтобы они погуляли и возвращались, может быть, даже на ужин. С минуту они стояли неподвижно, глядя друг на друга. Пауза в разговоре позволила Кейт осознать, к чему привели два мартини – стены приобрели причудливую форму, как будто они были под водой.
– Думаю, мне надо поесть, – пролепетала она.
– Это большие порции мартини, – улыбнулся Алан.
– Сколько ты выпил?
– Два, но я профессионал.
– Ага, полагаю, что я любитель.
– Я не силен в кулинарии, – признался Алан, – но хорошо готовлю завтраки. Могу состряпать тебе омлет.
– Звучит мило.
На кухне Алана, так же как и на кухне Кейт, стоял стол с поверхностью, отделанной гранитом. Она сидела и наблюдала, как он готовит омлет. Он предложил ей вина, но она попросила воды. Он уже взбил яйца, нарезал сыр «Ярлсберг»[24].
– Извини, у меня нет овощей, – огорчился он.
– Я тебя умоляю! С удовольствием поем сыра.
– Могу еще поджарить тост, если хочешь.
– Да, пожалуйста. Могу и сама приготовить, если покажешь, где хлеб.
Пока Кейт жарила тост, Алан пошел в гостиную и включил музыку, что-то джазовое, смутно знакомое. Саксофон-тенор, фортепиано, ударные. Он вернулся и принялся за омлет, бросив большой кусок масла на горячую поверхность сковороды. Лицо было сосредоточенным, как у мальчика, склонившегося над орфографическим тестом в школе. Именно в тот момент она решила непременно переспать с этим парнем.
