На самой крыше стоял Вивьен, держа в руках базуку. Я не сразу понял, что это не просто какая-то огромная хрень, которую он держит на плече, вот только в компьютерных играх об этом говорилось иначе, и я вполне уже ожидал, что в нас выстрелят и мы полетим вниз…
- Говорил же, что не надо никого оставлять в живых, - чуть слышно произнес Арон, тяжело вздохнув.
Вот только Вивьену помешали: на крышу выбежал Генри и за считанные секунды определил, что собирается сделать его напарник, помешав ему нормально прицелиться. Их разговор я не слышал, но в открытую дверь прокричал «спасибо», а потом уже обратился к Арону, который широко улыбался:
- Вот видишь, а иные могут и спасти.
Но даже этого судьбе было мало, так как мы все же привлекли внимание уже местного начальства этого дома. На нас двигался вражеский вертолет, сначала эта была маленькая точка в небе, но за считанные секунды он поравнялся с нами. Я уже начал считать последние секунды своей жизни, прижимаясь к Арону плотнее и очень жалея, что мы так и не сможем познать все прелести жизни, как услышал громкий «бабах» и меня дернуло в сторону.
От взрывной волны разрушившегося вертолета, который собирался расстрелять нас, наш воздушный корабль потерял управление. Благо лишь на пару секунд.
Я выглянул и посмотрел на крышу здания, где мне махал руками Генри. Вивьен смотрел на него, как на идиота, откинув в сторону уже ненужную базуку, которой и подбил вертолет. Генри что-то говорил, но я не слышал, а Арон неожиданно привлек меня к себе, целуя в губы, вот только не так, как прежде, внизу, а страстно, показывая, что я принадлежу только ему. И я был не против.
Вертолет противника с неприятным гулом опустился на траву возле здания, разрушив половину сада. Столп дыма, огня и газа поднялся наверх, и под этот аккомпанемент мы целовались.
Еще никогда у меня так не стучало сердце, и кровь не пульсировала в висках. Чьи-то крики снизу, превратившиеся в общий гул, огонь, опаляющий кожу, который, казалось, появился не извне, а рос изнутри, из души – все превратилось в нечто неважное, как обрамление нашей любви с Ароном.
Его губы соленые от крови, но не менее вкусные. От Арона сильно пахло порохом, так что запаха лимона не осталось, но зато он все равно был моим. Только моим. Самым лучшим.
Мне безумно захотелось нарисовать этот момент. Момент, когда счастье и ликование заполнили душу, не оставляя больше ничего, кроме двух этих чувств, что, как искры шампанского, выливались за края тела…
Ник ухмыльнулся и дернул штурвал в сторону. Мы улетали в закат…
*от автора* Кто-нибудь догадался, кто входит в спецподразделение?
Остались две главы-экстры (может одна, посмотрю, как выложу).
37. Экстра. Цвет волос. (спустя пару дней)
Небольшое кафе в самом центре Лондона, внутри которого миролюбиво сидели люди, попивая горячий латте и капучино, заедая все плиткой черного шоколада, сидело двое занимательных парней.
На улице куда-то спешили жители столь бурно развивающегося города, светофоры ярко мигали своими разноцветными глазами, а пустое небо без тучек ластилось в лучах полуденного солнца. Гул машин не проникал внутрь этого кафе, где люди в перерывах между работой заходили отведать отличного кофе, так как его двери словно разделяли два мира, соединяя их лишь в ту секунду, когда кто-то приоткрывал стеклянную дверь.
Со звенящим милым звуком дверь отворилась, и в проходе между двумя столиками показался невысокий стройный блондин, на нем была приятная белая хлопковая рубашка и светло-голубые брюки, в тон глазам. Этот паренек спокойно прошествовал до парочки, сидящей неподалеку.
В этих двоих плохо угадывались Арон и Макс. Арон перекрасился в черный цвет и сейчас его волосы были собраны в один тугой пучок, в то время как вечновеснусчастый рыжий малыш походил на настоящего блондина, настолько сильно кто-то высветлил ему корни. Они сидели и явно нервничали, но старались не показывать это остальным.
К ним подъехала девушка-официантка на роликах:
- Вы что-то хотите заказать? – поинтересовалась она, улыбаясь.
- Можно мне мороженое с шоколадной крошкой? – решил подать голос Макс.
Сейчас его лицо было белым-белым, казалось, что он какой-нибудь альбинос, только цвет глаз не голубой, а зеленый.
- Конечно, - кивнула она, что-то записывая.
- Мне, пожалуйста, кофе с двумя ложками сахара, - добавил Гай, а это был именно он. – Арон, а что ты будешь?
- Мне водки, - сказал бывший блондин - теперь брюнет, но осекся, почувствовав на себе убийственный взгляд со стороны Макса. – Просто черный чай.
Когда девушка отошла, между этими тремя вновь возникла несколько неприятная гнетущая атмосфера.
- Арон ты решил стать русским? – спросил Гай, чуть улыбаясь. – А ты, Макс, изучаешь английский?
- Нужно знать несколько языков, - ответил ему Макс и не сдержал своей улыбки, которую словно берег для друга.
- Давно за мной следите? – грозно проговорил Арон на немецком языке.
- Около пяти лет, - тут же произнес Гай. – Но ты был неподходящим вариантом для вербовки, до возникновения Макса в твоей жизни.
- То есть?
