Разглядываю убогий район, остановившись прямо посреди дороги. Не может быть. Женщина с коллекцией «лубутенов» не может водить такую машину, не может жить в таком месте. Наверное, она просто решила заехать к кому-то в гости по дороге домой. Возможно, завезти клиенту бумаги. Но выходя из машины, Реджина забирает с собой и портфель, и папки, и вставляет ключ в водительскую дверь, пытаясь удержать все в руках. Нужно посмотреть, куда именно она пойдет. Быстро паркуюсь посреди улицы и вылезаю из машины, дождавшись, пока она начнет подниматься по лестнице. Поднимаюсь бегом на третий этаж – как раз вовремя, чтобы увидеть хлопнувшую дверь. Звук эхом несется по коридору, и я слышу, как Реджина запирается изнутри. Оглядываюсь вокруг. Никаких дверных ковриков, никаких растений – только пустые двери с номерными табличками из дешевого пластика. Несколько минут я пялюсь на ее дверь с номером 4L. Потом стучусь.
Реджина открывает дверь, и я вижу, что за несколько минут она уже успела полностью смыть макияж. Интересно! А я обычно забываю сделать это даже перед сном.
Она даже не пытается скрыть изумления, быстро подается назад и захлопывает дверь. Но я оказываюсь быстрее – сую ногу в щель и вздрагиваю, когда мне болезненно сжимает пальцы.
Реджина снова распахивает дверь и бросает на меня рассерженный взгляд. Без макияжа она выглядит как ребенок. Сердитый, капризный ребенок, не получивший желаемого.
– Что? Чего ты хочешь?
Она придерживает дверь, пытаясь не впускать меня внутрь, вцепившись красными ногтями в серую обивку.
– Ты знаешь, чего я хочу, – парирую я. А потом делаю то, что удивляет меня саму: проталкиваюсь к ней домой без приглашения.
Она поворачивается ко мне, приоткрыв от изумления рот. Ее взгляд мечется по комнате в поисках телефона. Кому она будет звонить – Сету или в полицию? Я нахожу его первой, он лежит на обеденном столе. Прячу мобильный в карман и смотрю на нее с невозмутимым видом.
– Я хочу просто поговорить.
Она бросает взгляд в сторону коридора. Я чувствую – Реджина лихорадочно соображает. Если она закричит о помощи, кто придет?
Видимо, она решает, что лучше довериться мне, и запирает дверь. Ее твердость куда-то исчезает, сменившись нервозностью. Она явно не в восторге, что находится со мной наедине в замкнутом пространстве. И интересую я ее куда меньше, чем она меня. Но разве женщинам не свойственно проявлять любопытство к другим женщинам? Мы постоянно сравниваем себя с другими. Я занимаюсь этим даже сейчас, глядя на ее чистое лицо и густые волосы.
– Ну хорошо, Четверг. Давай поговорим.
Недорогая квартира обставлена дорогими вещами. Кожаный диван, предназначенный для большой гостиной, толстые книги на мраморном столике. Все слишком большое, из-за чего комната кажется маленькой и душной. Выглядываю в окно, но вижу лишь ряды безликих серых многоэтажек. В квартире тепло, как летом. Электричество работает на полную.
– Ну? – начинает она. – Что ты хочешь узнать?
Разительное отличие от прежнего
– Я хочу узнать правду.
– Правду? – недоверчиво переспрашивает она. – Сомневаюсь, что ты когда-либо хотела правду, Четверг. Ты хотела Сета. Я все знаю…
– Что ты имеешь в виду? И почему сказала, что вы с Сетом были вместе всего пять лет?
– Потому что так и было, – раздраженно отвечает она. И добавляет: – Пока не появилась ты.
– Ты имеешь в виду вы были только вдвоем?
– Нет! Господи, ты и правда сумасшедшая… – Она изумленно качает головой. – Четверг, ты стала любовницей Сета. Поэтому мы с ним развелись.
Наступает оглушительное молчание. Голову пронзает боль, перебегает от виска к виску.
– Это неправда, – бормочу я. – Зачем ты так говоришь?
Она невозмутимо смотрит мне в глаза.
– Потому что это правда.
Я качаю головой. Во рту пересохло. Хочется пить, но попросить воды не позволяет гордость.
– Нет. Он сказал мне, что…
– Прекрати, – перебивает она с диким взглядом и закрывает глаза. – Просто прекрати.
В обычных обстоятельствах я бы отстала, но не сейчас. Я слишком долго просидела в темноте, мне нужны ответы.
– Когда ты видела Сета в последний раз?
Реджина делает кислую гримасу.
– Я же сказала…
Она опускает взгляд и разглядывает колени, руки, узор на пижаме, но только не меня. Ее плечи поднимаются и опускаются – она вздыхает.
– Я виделась с Сетом на прошлой неделе. Здесь, в квартире, – признается она и добавляет, увидев выражение моего лица: – Он должен мне денег.
– За что?
– За то, что я все потеряла. Считаешь, мне подходит это место?
