Делаю по дороге несколько важных звонков, мой голос спокоен, несмотря на внутреннюю истерику. Получив сообщение, пытаюсь дозвониться Реджине, но звонок сразу перенаправляют на автоответчик.
Подобные тревожные мысли могут заставить усомниться в собственном рассудке. А этого за прошлые недели мне более чем хватило. Вжимаю педаль газа, и машина рвется вперед. Догоняю фургон и еду за ним, уткнувшись впритык, пока он не освобождает первую полосу. Когда я обгоняю его, водитель показывает средний палец и что-то кричит, но я не обращаю внимания и прижимаю следующую машину. Это продолжается несколько миль, пока я не замечаю в зеркале заднего вида сине-красные огни. Сзади раздается короткий гудок сирены, и мне приходится перестраиваться через две полосы к обочине. Сижу и с замиранием сердца жду, пока к окну подойдет полицейский.
– Мэм, пожалуйста, ваши документы.
Я готова. Передаю все в окно, пытаясь поймать его взгляд. Мне это удается, хотя на нем зеркальные очки от солнца – как у полицейских в фильмах. Он уходит к себе в машину и через несколько минут возвращается.
– Вы знаете, почему я остановил вас?
– Я превысила скорость, – уверенно отвечаю я.
Выражение его лица непроницаемо, он смотрит из-за стекол очков, невозмутимо и выжидательно.
– Я опаздываю. Виновата, заслужила штраф.
Ноль реакции. Стучу пальцем по рулю, мечтая, чтобы он скорее приступил к делу. Он протягивает мне документы.
– В следующий раз будьте осторожнее.
И все? Смотрю на его бейдж: офицер Моралес.
– Гм… Спасибо.
– Можете ехать. Хорошего дня.
Через десять минут я опять несусь по шоссе и чувствую себя почти хорошо – лучше, чем прежде. Отпускаю газ и иду в общем потоке, не превышая на этот раз скоростной режим.
Когда я въезжаю по мосту в город, солнце уже клонится к закату. Теплый оранжевый свет освещает здания, и на мгновение возникает ощущение лета, до которого еще совсем не скоро. Кажется, будто все уже давно разрешилось и моя жизнь вернулась в норму. Это чувство настолько сильно, что мне приходится прогонять его усилием воли. Иногда главный враг женщины – надежда, что она все выдумала. Что сумасшедшая она, а не ее жизненные обстоятельства. Забавно, какую эмоциональную ответственность мы готовы на себя взять, лишь бы сохранить иллюзию. Моя жизнь – запутанный, пугающий клубок обмана, разум легко впадает в заблуждения… Я слишком поздно выучила этот урок: вещи не всегда таковы, как нам кажется. Отбрасываю задумчивость и настраиваюсь на решительный лад, когда съезжаю с моста и сворачиваю в оживленный центр Портленда. Сет и его маленький гарем. Перед отъездом я проверила банковский счет и обнаружила, что оттуда периодически снимали наличные. Дважды в неделю в течении последних шести месяцев! Как я не замечала? Сет тайком брал деньги с моего счета, чтобы отдавать долг Реджине. Интересно, знает ли она, откуда он брал деньги, и имеет ли это для нее значение? Сет за все ответит. Нажимаю на педаль газа.
Навигатор приводит меня к недостроенному зданию. Четырехэтажный дом с квартирами, вдоль улицы еще висят рекламные щиты с ценами. Посетите наш офис продаж! Западную часть уже заселили, но с восточной еще стоят строительные леса, пластиковая пленка закрывает пустые окна квартир, где только предстоит возвести стены. Паркуюсь и нерешительно выхожу из машины. Как Сет мог поселить здесь Ханну, когда Реджина живет в таком ужасном месте? Видимо, по-прежнему пытается произвести впечатление. Он постарался обезопасить беременную жену. Звоню Реджине, стоя возле машины, но опять попадаю на автоответчик. Дрожащим голосом оставляю сообщение:
– Реджина… Я здесь, у Ханны… Надеялась, ты приедешь… Я захожу. Просто… Я должна его остановить…
Отключаюсь, прежде чем начать плакать.
Для входа в здание карта не нужна. Добраться до Ханны относительно легко, благодаря продолжающемуся строительству за правилами особо никто не следит. Рассматриваю ламинированную схему здания в холле и нахожу ее квартиру на втором этаже. Пока лифт ползет вверх, я сую руку за спину, слегка прикасаясь к холодному металлу пистолета. Прежде чем выйти из машины, я переместила его из сумочки на талию.
Сложно предугадать, какое у Сета настроение и как он отреагирует на мое появление. Он болен. Это своего рода серийный убийца младенцев, прерывающий жизни собственных детей, рискуя жизнями многочисленных жен. Господи, как я вообще могла во все это влипнуть? Я помню его взгляд в тот день, когда он на меня напал. Помню ту холодную жестокость, которую я увидела, прежде чем отключиться. Нет,
