Кейси Нельсон вскочил на ноги резко, крепко придерживая ее за локти, чтобы она не упала.
– Ты уходишь куда-нибудь? – спросила Джез тихим голоском с отменно бесхитростным удивлением.
– Принять холодный душ.
– Почему?
– Потому что я не собираюсь соблазнять тебя под крышей дома твоего отца, в его отсутствие.
– Что же, черт возьми, заставляет тебя думать, что ты можешь соблазнить меня?
Ее голос звучал так, будто она бесцеремонно и откровенно потешалась над ним, угрожающе мягко. Уж не так-то ее легко соблазнить, думала Джез, под любой крышей. Совсем нелегко. Пусть только попробует, он сразу обнаружит, насколько это невозможно.
– Спокойной ночи, Джез. И приятных сновидений.
– Ну, Мэл, что ты думаешь по этому поводу? Гэйб с Фиби сошлись уже или нет? – спросил Пит ди Констанза, когда они встретились у входа в студию «Дэзл».
– Если он так нетерпелив...
– Или так похотлив... – согласился Пит.
– Или так великодушен, – предложил любезно Мэл.
– Или амбициозен, – сказал Пит, выражая некоторое удивление.
– Может быть, ему нравятся очень худые леди. – Мэл неодобрительно покачал головой.
– Не-е, от Фиби меня отвращает не ее костлявость. Я мог бы примириться с костлявостью, и Фиби не так уж плохо выглядит, даже если смотреть на нее с этой точки зрения. Это ее особенность, – настаивал Пит ди Констанза. – Невозможно даже представить, как все это проделывать с Фиби. Она ведь сразу укажет тебе, что не так, и как надо, и как ты сможешь сделать лучше, и сколько тебе надо времени на все, чтобы она не потеряла интереса, и какую часть гонорара она удержит, если ты не исправишься... ты же знаешь.
– Я не могу судить об этом, Пит, особенно о таких соблазнительных подробностях... Бог мой, да ты развратник! Но давай посмотрим фактам в лицо. Фиби уделяет ему вдвое – нет, даже втрое больше внимания, чем нам или даже Джез, а ведь мы делаем деньги. У Гэйба до сих пор не получилось ни одного особенно выдающегося снимка – он слишком долго отсутствовал, чтобы по-настоящему втянуться в наши дела.
– А у нее не хватает времени, чтобы позвонить заказчикам и достать работу для меня: все время висит на телефоне по поводу Гэйба.
– Она не смогла выбить несколько важных снимков для меня. Слишком занята: надо обеспечивать Гэйба. Я едва не потерял деньги по счету «Кэмпбелз Суп» на прошлой неделе, – согласился Мэл.
– И три раза в неделю они завтракают вместе, – прибавил Пит. – И не просто так, на ходу, а основательно, на Маркет-стрит. Бьюсь об заклад, что платит она.
– Да, они поладили, – пришел к окончательному выводу Мэл. Завтрак на Маркет-стрит решал все.
– Сколько за это надо платить! – мрачно заметил Пит.
– Это мы платим за все, Пит.
– Фотографы по рекламе пищи! – фыркнул Пит. – Воображаете, что именно вы являетесь королями мира коммерческой фотографии.
– Ты ведь спросил меня, что я думаю по этому поводу. И нечего на меня бросаться.
– Прости. Просто меня опять заело. Это профессиональное, я всегда ведь работаю с машинами и металлом.
Пит по-братски обнял Мэла, и они разошлись в разные стороны, довольные своей старой дружбой.
– Гэйб, – позвала Фиби и помолчала, расстегивая крючки накидки. – Ты когда-нибудь снимал новоселье?
– Ну, Фиби, я просил тебя быть моим представителем, а не сводней. Да раздевайся же! Огромный опыт твоей деятельности должен подсказать тебе, что сейчас не время для разговоров.
– Минутку, не больше. Клянусь честью, мой лакомый кусочек, но сначала об этом новоселье. Это будет исключительное празднество, и они собираются допустить только одного фотографа.
– А кто празднует новоселье? – спросил Гэйб без интереса.
– Я еще не могу сказать тебе, любимый, но это пойдет среди главных новостей.
– Новости? Новоселье? Я не беру даже свадеб. Как режут свадебный пирог, девочки с цветами, как бросают букет. Избавь меня, детка. Это не мой стиль. И не называй меня «любимый».
– А откуда ты знаешь так много о свадьбах? – подозрительно спросила Фиби.
– Однажды я поехал в Монако подзаработать деньги, попал на первую попытку принцессы Каролины. Такое было! Больше никогда в жизни. Лучше устрой мне похороны, я соглашусь. Но если ты не остановишься и будешь еще продолжать уговаривать меня, то я, пожалуй, потеряю интерес к тому маленькому дельцу, ради которого мы сюда пришли.
– Одно последнее слово, Гэйб. Деньги.
– Деньги?
– Ты не сможешь заработать больше на любом приеме любого уровня, в любой части мира. Снимки пойдут везде, начиная от «Пипл» до первой страницы «Нью-Йорк таймс», с гарантией от международного синдиката.
– Тогда беру. Теперь ложись!
Фиби быстро выполнила просьбу. Гэйб занял как раз половину ее дня, теперь он ее завершит. Спеши, пока светит солнце. Собирай цветы, пока можешь. Не теряй того, что можешь приобрести. Гэйб, как о том и говорили, был во всех отношениях действительно хорош в постели. Нет. Даже лучше. Много, много лучше!
