Несколько лет назад два американца вышли на речку половить рыбки (а если говорить начистоту – побраконьерствовать лосося). Финал ловли удивил – гигантская рыбина накрутила на себя несколько перегораживавших речку сетей и, с огромным трудом вытащенная на берег, оказалась белой акулой почти в тонну весом. Самое любопытное в том, что эпопея происходила на речке шириной не более двадцати метров и на расстоянии почти полутора сотен миль от атлантического побережья. Власти, кстати, не стали затевать иск о браконьерстве; больше того, вполне представляя, что могла натворить такая зверюшка с ничего не подозревающими людьми, отдыхавшими на речке, – даже выписали премию ловцам для компенсации изодранных снастей.
Не всегда подобные истории заканчивались удачно.
Известный ловец акул капитан Янг в своей книге упоминал кровавую драму, развернувшуюся на другой небольшой реке, опять-таки в США. Там были жертвы – рыбак (его лодку, кстати, тварь тоже опрокинула!), несколько купавшихся мальчишек и собака; в конце концов акулу изловили, и большей части нападений вполне удалось бы избежать – но никто не сумел сразу поверить, что в их речке могло завестись
«Вот это очень похоже… – думал Лукин. – Не фантастика типа “Легенды о динозавре”… Замкнутых озер здесь мало, почти все сообщаются между собой протоками или речками – и имеют водную связь с морем. Правда, в наших северных морях акулы с репутацией людоедов редко встречаются… так ведь и купальщиков негусто, не Австралия. Но сельдевая акула вполне обычное дело – режет, как ножом, сети, ворует рыбу, промысловики ее ненавидят… На человека вроде не нападает, но профессионалы считают потенциально опасной
Лукин живо представил картину: уазик медленно подруливает к районной прокуратуре, сзади на импровизированной волокуше тащится огромная туша, вычерчивая зигзаги в пыли слабо конвульсирующим хвостом.
А потом, когда все для Лариски благополучно закончится, огромная голова, высушенная и залакированная, украсит стену его кухни, среди навеки оскалившихся щук, судаков и тайменей – и они сразу покажутся мелкими и несерьезными.
Это будет рекорд мира для пресноводных водоемов: в полном смысле во-о-о-от такая! Удочку можно будет сломать о колено, поставив ногу на голову побежденного монстра – крупнее все равно в жизни не поймаешь.
Дорога, пусть и плохая, закончилась – уперлась в канаву глубиной метра два с лишним, с крутыми откосами. Наводить переправу еще и здесь Лукин не собирался, до вытекающего из озера потока оставалось меньше полукилометра, он решил прогуляться пешком. Достал из машины удочку и спиннинг – ему хотелось все же отведать ухи, пакеты быстрого приготовления также быстро и надоели. Ружье на всякий случай прихватил с собой, закинув на спину…
Дошел он минут за двадцать, рыбалка не задержала – с этого берега тоже абсолютно не клевало. На блесну позарился единственный окунек-маломерок, отпущенный Лукиным обратно в озеро…
«Интересно, связано бесклевье как-то с моей гипотезой?.. Сколько надо акул, чтобы серьезно обезрыбить озеро таких размеров?.. Не похоже… тут что-то другое… Какая-нибудь магнитная буря, отбившая рыбам аппетит дня на три, они на такое чутко реагируют…»
Течение в вытекавшей из озера протоке оказалось довольно быстрым, а ее размеры вполне подходящими – легко могла прокрейсеровать и оказаться в озере хоть двадцатитонная китовая акула. Китовые, правда, на людей вроде не нападают… Ниже по течению доносился ослабленный расстоянием шум воды (порог? перекат?) и Лукин отправился на звук, продираясь сквозь густой прибрежный подлесок, никаких троп здесь не осталось.
Там шумел водопад, невысокий, метра два с половиной, но живописный – за ним поток резко замедлял свой бег и разливался на болотистой низменности поросшим осокой озерцом, на карте не обозначенным.
«Вот так… И никакая акула тут не проплывет вверх по течению. Хотя… для лососей такой водопад не преграда, они запрыгивают и на более высокие…»
Перед глазами встала совершенно живая картина: вода внизу, под водопадом, в вымытой падающей струей яме внезапно вскипает, огромная четырехметровая серая туша взлетает в воздух и с шумом и фонтаном брызг хлопается уже наверху, по другую сторону преграды.
Он спустился вниз, куда падала струя, и понял, что нарисованный воображением прыжок нереален – яма буквально набита попадавшими сверху корягами и топляками, вблизи видневшимися сквозь воду. Сразу за ямой река мелко струилась по гальке, он легко перешел ее вброд в сапогах, не замочив ног.
Ну вот, придется акул из списка возможных разгадок вычеркнуть.
