Вешать в ванной – проблема теплопотери отпадает, но встает другая: встанешь у раковины, почистить зубы, например, – и нижний край агрегата оказывается в неприятной близости от головы. Неосторожное движение – и ходи с шишкой. Потом, наверное, приноровится – как привык на автомате, не задумываясь, уклоняться от острого угла навесного шкафчика в питерской квартире. Но стоит ли приноровляться к неудобству, которое сам и создал?
Так ничего и не решил – в дверь позвонили. Пошел открывать с легким раздражением: совсем не вовремя.
Знал бы Сергей Белецкий, чем все закончится, – ни за что не отпер бы, и задвинул бы засов, и накинул бы цепочку… Забаррикадировал бы дверь мебелью, черт возьми!
Но он не знал.
К работе над проектом Сергея привлек несколько месяцев назад старый знакомец Угалаев.
Проект носил название – условное, рабочее – «Русский Куршевель». Условное, но вполне объясняющее суть дела.
Куршевель… Какой же русский не любит заграничных курортов? Любят все, но каждый предпочитает что-то свое. Скажите, где вы отдыхаете, – и вам скажут, кто вы. По крайней мере достаточно точно определят, сколько вы зарабатываете в год… Турция? Болгария? Кипр? Да вы, милостивый государь, дешевка, наивно считающая: то, что отстегивает вам хозяин, – и есть деньги. Юго-Восточная Азия? Фу-у-у, какой моветон, приличные люди туда давно уже не ездят… Лазурный берег? Ну, может, и стоит присмотреться к вам чуть повнимательней… Но если прозвучит волшебное название
Все это Угалаев, понятное дело, Сергею не рассказывал. Тот и сам понимал, не вчера на свет появился. Но что обозначало определение «Русский»?
То и обозначало. Курорт, по статусу сравнимый с Куршевелем, – но у нас. Для сливок. Для элиты. Для самых-самых. Новой кремлевской элите – новый курорт. Сергей тогда хмыкнул недоверчиво: такой статус просто так не получишь… Можно взвинтить цены, чтобы отсечь шушеру, считающую, что миллион рублей – большие деньги. Можно вложить бешеные бабки в здания, в инфраструктуру, в рекламу, в прочее… И – все равно пролететь. В лучшем случае набегут парвеню, выскочки с дурно пахнущими капиталами, этим все и закончится.
Угалаев покивал: молодец, зришь в корень. Деньги важны, кто бы спорил. Но еще более важно, кто стоит за проектом. Кому не надо ни копейки в рекламу вкладывать, достаточно просто-напросто поехать отдыхать в определенное место… И оно вмиг станет
И кто же этот волшебник с палочкой?
Угалаев сказал кто. Шепотом, на ухо. Позерство, конечно, – подслушать их никто не мог. То есть мог, с применением всяких шпионских штучек-дрючек, но такую вероятность оставим для малобюджетных сериалов.
Сергей ахнул: неужто Сам? Названное имя впечатляло. Более чем. Угалаев улыбнулся – этак победительно, словно именно он, и никто иной, подписал Самого на участие в проекте.
– И где же планируется Куршевель а-ля русс?
– А вот этого, старик, я тебе сказать не могу, – покачал головой Угалаев. – Большой секрет. Представляешь, как там вздорожает землица в округе? Цены рванут вверх не то что как на дрожжах – взлетят, как земля, выброшенная взрывом из воронки. Скупка идет, сам понимаешь, – но исподволь, осторожно. Ни к чему светить проект раньше времени. Сказать не могу – сейчас. Но если согласишься на то, что тебе предлагают, – скажу, есть такие полномочия. И можешь неплохо приподняться. Вложишь заначку в тамошнюю землю – дело беспроигрышное.
– А что именно предлагают? – поинтересовался Сергей.
– То, что ты хорошо умеешь, естественно. Имеется у проекта один аспект, о котором сразу как-то не подумали. Упустили из виду. Теперь спохватились – и есть шанс впрыгнуть в трамвай, уходящий к светлому будущему. Светлому не для всех, но для нас с тобой точно. Потому что, если мы там
– СМИ? – спросил Сергей. – Этакая «Газета нашего городка» – издание для узкого круга читателей, интересующихся весьма специфичными новостями?
