Бросил жених, когда уже почти купила свадебное платье? Обидно! Но ничего, найду другого. Нужно только выбрать самого достойного из тех, кого я когда-то так опрометчиво отвергла. И тогда посмотрим, кто будет кусать локти. Ведь таких, как я, не забывают!
Я медленно нажала на «отбой» и уставилась в стену. Разноцветные геометрические фигуры на обоях (самый модный, по словам Кирилла, рисунок) запрыгали у меня перед глазами. Квадраты вдруг стали превращаться в круги, а круги — в треугольники.
Я попыталась сосредоточиться, закрыла глаза и тут же почувствовала, как по щекам потекли слёзы. Я (весьма самоуверенная, надо сказать, особа) плакала как девчонка из-за нескольких услышанных по телефону слов.
По радио пела моя любимая группа «Мельница», но даже самая бодрая песня не могла сейчас поднять мне настроение. Я заставила себя встать, дойти до кухни, налить в стакан прохладного апельсинового сока. Но выпила его без особого удовольствия — как простую воду.
Потом снова подошла к телефону. Набрать его номер? Зачем? Или позвонить кому-то еще? Так и стояла с трубкой, взглядом скользя по открытой странице контактов. И вдруг поняла, что звонить мне некому, и как-то особенно ясно ощутила свое одиночество.
Нет, знакомых у меня было сколько угодно. С кем-то можно было сходить в кино или на концерт, с кем-то обсудить недавно прочитанные книги, а с кем-то — просто поболтать ни о чем. Но никому из них я не могла сейчас доверить того, что так волновало меня сейчас.
Я подошла к зеркалу. С гладкой холодной поверхности смотрела на меня красивая кареглазая девушка с темными пушистыми волосами. Девушка, не способная оставить равнодушной ни одно мужское сердце, каковые и падали к моим ногам с завидной регулярностью.
Красота, ум, веселый характер — какого хрена ему не хватило?
Обида снова сдавила сердце. Ну почему он так со мной?
В последнее время между нами не было ни крупных ссор, ни мелких разногласий. Ровные спокойные отношения двух взрослых разумных людей.
Кирилл, конечно, не был сказочным принцем, но у него была широкая спина, на которую я могла опереться, и по мнению окружающих (за исключением, разве что, отвергнутых мною поклонников) мы были идеальной парой.
Он окончил физико-математический факультет того же самого университета, в котором училась на филолога я сама, работал в научном институте, а недавно после блестящего выступления на крупной международной конференции, получил приглашение продолжить свои научные изыскания не где-нибудь, а в Соединенных Штатах Америки. Наверно, именно это приглашение заставило его осмелеть настолько, что он пришел ко мне с букетом цветов и бутылкой шампанского и заплетающимся языком (всё-таки он был очень робкий) попросил ее стать его женой.
Я восприняла это как должное (дело уже давно шло к этому), и, как и полагалось в таких случаях, тихо ответила: «Я подумаю» — чтобы у него не возникло ощущения, что своим предложением он несказанно меня осчастливил. И думала ровно столько, сколько было необходимо для того, чтобы не отпугнуть его своими сомнениями.
Он плохо говорил по-английски, а я владела языком в совершенстве и не сомневалась, что смогу найти в Штатах подходящую работу и помочь ему освоиться в непривычной обстановке. И он тоже в этом не сомневался и во всём спрашивал моего совета.
Я уже получила новенький загранпаспорт, прикупила несколько платьев и костюмов, в которых было не стыдно ступить на американскую землю, и принялась готовиться к церемонии в загсе, на которой должна была громко ответить: «Да».
И главного редактора газеты, в которой я трудилась с момента окончания универа, я уже предупредила, что в скором времени вынуждена буду уволиться из его славной конторы.
И коллеги, поздравляя меня, на прошлой неделе уже устроили чаепитие с тортом, хотя я и говорила, что для этого еще нет никаких оснований — замуж я еще не вышла, и путешествие за границу пока откладывалось, так как у Кирилла возникли какие-то трудности при оформлении документов.
Но мысленно я уже торжествовала, справедливо гордясь тем, что сумела влюбить в себя человека, который преподнес мне на блюдечке возможность обосноваться в самом крутом городе мира. Не то, чтобы я хотела уехать за границу, но тот факт, что я получила то, о чём мечтали все мои подруги, необычайно льстил моему самолюбию.
И в это утро, встав с постели, я находилась в самом приподнятом настроении, и когда зазвонил телефон, как раз кружилась в вальсе по комнате. Мне почему-то хотелось, чтобы на нашей свадьбе мы с Кириллом непременно танцевали вальс.
Звонила Даша Трофимова, и, едва поздоровавшись, она вдруг принялась нести чушь о том, как непросто сейчас купить билет в Норвегию (Даша работала в агентстве воздушных сообщений) — дескать, как раз сейчас туда летит губернатор, и потому все места забронированы, и вообще — у них принято беспокоиться о билетах заранее. Я терпеливо выслушала ее, но так и не смогла ничего понять.
Да, когда мы с Кириллом задумались о том, как будем добираться до Нью-Йорка, я действительно обратилась к Даше, и та как раз предложила нам маршрут через Норвегию, но я уже успела об этом позабыть, потому что из-за сложностей с документами Кирилла поездка была отложена, о чём я тут же Дашу и уведомила.
