Мы одни. Нечасто у нас с Натаниэлем выпадают минутки на общение друг с другом. Как себя с ним правильно вести, еще не решила. Но он единственный кто может противостоять Габриэлю. А мне нужна поддержка и время.
Играем в гляделки, мой взгляд испытывающий, его не читаемый. Будто не живой человек, а лед. Надел маску на лицо, закрылся. Жаль я сейчас не могу такое себе позволить, слишком много чувств бушуют внутри.
– Правда? – тихо.
– Да. – уверенно.
Ответ, как раскат грома. Ломает что-то внутри, стирает грани.
Поднимаюсь не выпуская кинжала из рук. Подходить боюсь, еще отберет. Сохраняю дистанцию.
– А не противно знать, что нет взаимности, а только магия? Знать, что женщина не видит тебя своим любимым мужчиной? Вся страсть пустышка? – с каждым словом говорю все громче.-- Чего молчишь, какого это? – гаркнула под конец.
Он преодолевает разделяющие нас расстояние слишком быстро. Хватает за талию и прижимает к себе. В этот же момент приставляю кинжал к горлу. Смотрю в глаза, а там всполохи огня. Вот бы понять от каких чувств они возникли. Натаниэль разглядывает так тщательно мое лицо, как будто видит впервые. Знакомится. Его не смущает кинжал у горла, он сосредоточен. Не готова была к такой близости, молчу.
– Брак сложный союз. – говорит спокойным голосом, а глаза выдают его с головой. – Магия только подталкивает, она не способна повлиять на твои эмоции.
Склоняет так, что между нами остаются миллиметры. Дыхание одно на двоих. Пронзительный взгляд в глаза. В них можно утонуть, они меня затягивают, дают спокойствие.
– Что ты чувствовала, в комнате утром? Мои прикосновения были для тебя противны?
– Нет. – тихо.
– А как ты их ощущала?
– Мне было приятно, как маленькие искорки в тех местах, где ты прикасался ко мне.
– Это было принуждением? Откинь страх, его сейчас нет.
– Мне было хорошо, но так не привычно.
– Магия дает толчок, но не может принудить. Тебя будет тянуть к избранникам, но удовольствие ты получишь только тогда, когда в твоей душе будет хоть капля симпатии. Мужчина должен понравиться тебе, а потом вступает магия. Помогая, сглаживая углы.
Он моргнул и немного отстранился и пропадает все очарование его глаз. Нет они красивые, но теперь не хочется в них раствориться. Такое чувство, что перед глазами была пелена, а сейчас она спала. Не могла это все сказать. Все слова были искрение.
– Что ты со мной сделал? – прошипела.
– Ты бы никогда не призналась. Я всего лишь помог тебе понять. – расплылся в обворожительной улыбке. – И узнал сам.
– Загипнотизировал?
Стало плохо, что-то. Он и так умеет. Это очень плохо, кошмарно даже. Надавливаю на кинжал, в глаза смотреть боюсь. Смотрю исключительно на его грудь.
– Не смей на мне использовать свою магию. Я не игрушка. Знаешь зачем позвала тебя, хотела попросить о защите, но теперь вижу, что зря. Вы ничем не отличаетесь с Габриэлем.
Похоже последние слова задевают его за живое, слишком резко все изменяется.
Мужчина стал серьезен, схватил за подбородок и приподнял. Зажмуриваюсь.
--Кира я обещаю тебе, что не буду использовать магию, чтоб прочитать тебя. Только в крайнем случае. Открой глаза. – приказывает.
– Нет. – пытаюсь вырваться, но у меня ничего не получается. – Отпусти. – крикнула.
Использую единственное оружие, которое у меня в руках. Кинжал давит ему на горло, а мужчина будто не ощущает от меня угрозы. Злость и безысходность, переплетаются в гремучий узел.
– Кира, что тебя так напугало? – строго произносит.
Мне показалось или в голосе проскальзывает беспокойство.
Открываю глаза и смотрю на него. Так и есть за маской бесчувственной глыбы, прячется беспокойство.
Не ужели за меня?
Удивил. Требовательно смотрит в глаза, ждет ответа. Могу сейчас признаться в своей слабости и попросить о помощи, не уверена, что сама справлюсь с Габриэлем. Внутренняя борьба проходит быстро, сдаюсь. Открываю рот, чтобы ответить. Будь что будет. С Натаниэлем несмотря на его махинации, ощущаю себя в безопасности. Подсознательно на интуитивном уровне не ощущаю от него угрозы.
Дверь резко открывается, громко стукнув об стену. Вздрагиваю и оборачиваюсь. В дверном проеме стоит Габриэль, злой. Всегда одетый с иголочки, сейчас на воротнике рубашки кровь, волосы торчат в разные стороны, пальцы сложены в кулаки.
– Вся семейка в сборе. – зло выплевывает Габриэль. – Кира мы не договорили дорогая.
Натаниэль снова поворачивает меня к себе, уж не знаю, что он увидел в моих глазах. Но на лице у него заходили желваки, показывая крайнюю степень гнева.
– Кира я так понимаю кинжал Габриэля? От него ты хотела попросить защиты? – смотрит цепко.
Но минар не унимается то, что его игнорируют, выводит его из себя и он взрывается.
– А ей не нужна защита. Удар поставлен. – потирает пальцами челюсть. – Милая не хочешь рассказать будущим мужьям где научилась? И держишь оружие ты явно не впервые.
Опускаю оружие и оборачиваюсь к нему лицом, оставаясь в объятиях Натаниэля, чтоб не стоять спиной к минару. Поднимаю руку с оружием, направляю в его сторону и говорю уверенно. Откуда только она взялась, для меня загадка. Но была уверена, что Натаниэль не даст в обиду.
