Толкаю руками в грудь Габриэля в попытке сдвинуть, но он только морщит брови и придвигается поближе. Мои руки на его груди, а сердце отбивает бешеный ритм. Пальцы покалывает в том месте где соприкасаюсь с его оголенной кожей. Руки живут своей жизнью и приходят в движение. Ощупываю грудь, поднимаюсь к массивным плечам и заканчиваю свое путешествие на его щеках. Разглаживаю морщинку между бровей и пропускаю синюю прядь волос через пальцы. А потом замечаю, что на меня смотрят красивые синие глаза с всполохами огня на радужке.
Отдергиваю руку, но он перехватывает ее и возвращает на прежнее место. Его рука, что до этого момента спокойно лежала на моей талии опустилась на попу и придвинула к себе одним резким движением. Натаниэль, что-то пробурчал и умолк. А я не могла отвести взгляда от его глаз. Там не было нежности, только обещание чего-то неизведанного. Дышим одним воздухом на двоих, губы почти соприкасаются, но дальше он не позволяет себе зайти. Оба молчим и смотрим, будто впервые увидели друг друга.
Отдернула руку, Габриэль перехватил запястье и смотрит в глаза, будто в душу заглядывал, хочет увидеть ответы на свои вопросы.
– Я противен тебе? – спросил тихо, шепотом.
И неотрывно смотрит в глаза, ловит каждое изменение.
Что ему ответить?
Я не хочу запачкать другого человека. Мои руки в крови и с каждым своим прикосновением боюсь передать эту черноту другому человеку. Запятнать, испачкать.
Что из этого он в состоянии понять?
– Нет.
– Тогда почему ты боишься прикоснуться ко мне? Как от огня бежишь? Кира я буду сдержанней и не причиню тебе больше боли. – он смотрел с надеждой и ждал ответа.
Как описать внутренние изменения и нужно ли это? Поймет или высмеет?
– Я не боюсь тебя больше, теперь нет.
– Что тогда? Скажи, прошу тебя.
Сказать...
Открыться ему?
Хотя возможно именно Габриэль поймет, он испорчен достаточно, чтобы принять мой ответ.
– Я не хочу испачкать тебя в крови. Не хочу своими прикосновениями запятнать. Никого не хочу.
Замотала головой и слезы потекли из глаз. Мне нужно время, чтобы осознать и принять новую себя. Минар без слов лег на спину и прижал к своей груди. Моя голова оказалась как раз возле его сердца. Слышу частый ритм и сбивчивое дыхание. Мужчина молчит и переваривает мои слова, а с каждой минутой промедления леденею внутри.
Зачем я это сказала?
Нужно было молчать. Но боль, страх, отвращение к самой себе рвется наружу. Ищет выхода и влияет на суждения. Габриэль проводит рукой по волосам, гладит и успокаивает. Никогда бы не подумала, что он в состоянии подумать о ком то кроме себя. Понять и не давить. Приподнимает меня за подбородок и смотрит в глаза, а я трусливо зажмуриваю свои.
После таких слов никому не захочется мараться. Лучше озвучу все сама, чем буду ждать пока он это сделает.
– Я уйду. Сегодня и не побеспокою больше вас.
Правильные слова, но острая боль внутри терзает и не дает спокойно дышать. Так правильно, незачем им лишние хлопоты и проблемы. Изначально нужно было сказать, что из себя представляю и они бы отпустили. Жду, что объятия ослабнут и он отпустит. Но вместо этого он прижимает еще сильней и тянет с кровати. Рывком поднимает и увлекает за собой. Открываю глаза и вижу портал, мужчина входит в него и я вместе с ним, покои меняются. Резкая смена положения. Я стою спиной к стене, а минар возвышается впереди, кладет руки по обеим сторонам от моей головы. Закрывая от всего мира, опускается к изгибу шеи и вдыхает воздух, а потом произносит голосом с хрипотцой. От которого звенит все внутри и подгибаются коленки.
– Уйдешь? – будто ласково переспрашивает. – А кто тебе позволит? Ты моя Кира. Запомни это и если надо буду доказывать это каждый день. Только моя. Смирись моя маленькая тигрица, что в твоей жизни всегда будет Натаниэль и я, этого не изменить. Мне все равно что ты замаралась. Мне все равно что ты совершила. Я убью каждого кто прикоснулся к тебе и поверь мне, смерть их будет долгая и мучительная.-- отстраняется и смотрит в глаза.
Он уверенно произносит каждое слово, будто это истина, а я нерадивый ребенок, который не смог ее выучить. Будто все решил для себя и доносит к сведению. Смотрю, слышу и не верю. Не мог он так измениться за эти два дня. Только не Габриэль. Что ж...
Ему мало, тогда буду бить наповал.
– Я убила человека. – говорю смотря на него.
Удивление, злость. Эти эмоции сменяются на его лице. Назад пути не будет, пусть знает на что подписывается. Он наклоняется ближе, если бы могла, сжалась в стену, но некуда. Припечатана к ней и не шелохнуться.
– За что? – ровно спрашивает, хотя у самого играют желваки на скулах.
Хочешь правды?
Недостаточно этого признания?
Он явно злиться, но на сколько его хватит.
– Он хотел меня изнасиловать и избил Жамена. – на миг прикрыла глаза, а потом открываю и добиваю. – Практически не раздумывая, перерезала глотку и оставила истекать кровью.
Жду реакции, Габриэль эмоционален и она последует. Но он остается в том же положении и буравит тяжелым взглядом.
– От него бежали порталом? - спрашивает спокойным голосом, но мы то знаем, что кипит внутри.
