— Куда же мы едем, дорогой? Тебе все равно придется от крыть тайну. Давай прямо сейчас!
Селден со смехом повалил ее на кровать. Он уже мечтал о том, чтобы начать рождественские каникулы с любовных объятий дома.
— Хорошо. Только обещай никому не говорить.
— Обещаю, — сказала она ему в тон.
— На Мустик!
— Мустик?! — Она села, кусая палец. Остров Мустик считался роскошным местом, но главным образом потому, что там можно было оказаться одновременно со знаменитостями.
В этом году туда, насколько она знала, никто из них не отправлялся. — Чем же мы там займемся? Мы ни с кем не знакомы…
— Вот тут ты ошибаешься! — Он все еще воображал, что она будет им довольна. — Познакомишься! Мы проведем Рождество вместе со всем кланом Роузов. Разве не чудесно?
Джейни нахмурилась и встала с кровати.
— Я никогда с ними не встречалась!
— Совершенно верно. Вот и пришло время встретиться. Она знала, что рано или поздно знакомства с родней Селдена
Не избежать, но предполагала, что он заранее ее предупредит. Проводить рождественские каникулы с его семейкой было еще скучнее, чем с ним на пару. Она ушла в ванную комнату и негромко, но плотно затворила за собой дверь. Звук закрываемой двери стал для него сигналом, что про секс до начала поездки можно забыть.
Бесконечный ритмичный стук теннисного мяча действовал убаюкивающее, и Джейни приходилось делать над собой усилие, чтобы изображать интерес к игре. Сидя под деревом на холмике над кортом, она видела почти весь островок: аккуратные зеленые поля, исчерченные черными лентами асфальта, и блаженную синеву Карибского моря. На дорожке рядом с кортом болтали, взбираясь на холм, две горничные в отглаженных серых униформах. Красоты пейзажа их не вдохновляли: каждый день одно и то же, и так круглый год!
На корте Селден играл в теннис со своим отцом, Ричардом Роузом. Поединок судил его брат Уитон. Все трое были в белом, соблюдая по требованию «Мустик корпорейшн» теннисные традиции. Уитон, стоя неподалеку от Селдена, оживленно жестикулировал.
— Мяч в ауте! — прокричал он. — Аут! Ничего не поделать, папа.
— Не переживай. Я с ним еще разделаюсь. — С этими слова ми Ричард Роуз подбросил мяч в воздух и сильно ударил по нему ракеткой.
На траве рядом с Джейни сидела Пола Роуз, мать Селдена.
— Ричард! — крикнула она, заставив посмотреть в ее сторону Селдена, Уитона и Ричарда Роузов.
Я выигрываю у папы, вот он и бесится! — радостно воскликнул Селден Джейни. Джейни ответила ему слабой улыбкой, а Пола Роуз громко напомнила:
— Где твои манеры? — Повернувшись к Джейни, она проговорила, удрученно качая головой:
— Мальчики — заядлые теннисисты. Самая моя большая ошибка — то, что я разрешила Ричарду устроить у нас в Чикаго домашний корт.
Джейни, расчесывавшая комариный укус на ноге, ответила, изображая интерес:
— Неужели?
Первые слова, которыми Селден встретил своего отца три дня назад, были: «Ты устроил корты, папа?» Она расчесала место укуса до крови и испытала некоторое облегчение. На острове не было житья от комаров: не спасали даже противомоскитные пологи над . спальными местами, потому что насекомые так злобно жужжали вокруг, что до середины ночи нельзя было сомкнуть глаз. Селдену было хоть бы что, но Джейни вся извелась. Она в отчаянии мечтала хотя бы выспаться, чтобы вытерпеть неделю, не сойдя с ума…
Отличная температура для тенниса, не так ли? — обратилась к ней светским тоном Изабель, жена Уитона — само воплощение исконных ценностей Среднего Запада: дружелюбная, участливая, мягкая.
Слава Богу, сейчас не слишком жарко, — поддакнула Пола Роуз. — Здесь, на Карибах, играть приходится только рано утром или поздно вечером. Шесть лет назад в Раунд-Хилл… — Последовал длинный рассказ о трудностях с выкраиванием времени для тенниса в климате, когда с комфортом играть можно всего два-три часа в сутки. Джейни быстро потеряла нить истории, наблюдая за муравьем, тащившим листик в траве у ее ног. Это было с ее стороны ошибкой, потому что Пола Роуз вдруг повернулась к ней с вопросом:
— А вы как считаете, Джейни?
— О! — Она подняла глаза и попыталась улыбнуться. Рот уже болел после трех дней вынужденных улыбок по всевозможным поводам, не вызывавшим у нее ни малейшей радости. — Что я считаю?..
— Насчет солнечного удара у Ричарда, — подсказала Пола, обменявшись взглядами с Изабель.
— Слава Богу, что все обошлось! — выпалила Джейни, надеясь, что это будет в духе беседы.
— Естественно, он поправился. — Пола смотрела на нее как на идиотку. — Но за два часа мы поставили на ноги всех врачей на Ямайке. Я не сомневалась, что у него сердечный приступ. «Подожди умирать, вернемся сначала в Чикаго», — сказала я ему. Теперь, когда мы куда-то едем, он всегда обещает, что с ним ничего не случится до возвращения домой…
Изабель послушно засмеялась, но Джейни не нашла, что сказать. Ей не за что было себя винить: она честно старалась под них подстроиться. Но семья Селдена представлялась ей настолько чужой, что было бы легче, если бы эти люди оказались вообще иностранцами, хоть из Швеции…
