Проснувшись после веселой вечеринки в своей квартире, бизнесмен Сергей Панаев узнает от перепуганной насмерть жены Вероники, что в ванной лежит мертвая женщина в восточном одеянии… Владелица престижного ресторана, а по совместительству сыщик-любитель Лариса Котова по просьбе Вероники берется расследовать дело. Кто мог совершить такое? Сам Панаев? Но он категорически все отрицает. Жена, жаждущая развода с ним? Ее любовник, адвокат Либерзон? Или кто-то из деловых партнеров, кому выгодно отправить бизнесмена на скамью подсудимых?.. А тут еще выясняется, что украден его пистолет, о существовании которого не знал никто, и что пуля, выпущенная из этого пистолета, оборвала жизнь неизвестной женщины…
Такого не было еще никогда. По крайней мере, Лариса Котова это четко осознавала. В ее жизни наступил период психологической хандры. Как-то все навалилось этой весной: обострение плохих отношений с мужем, разрыв с любовником, проблемы в бизнесе.
Если разбираться подробнее, то можно сказать, что муж, Евгений, окончательно, кажется, поставил на ней крест. Как, собственно, и Лариса на нем. Они жили каждый своей жизнью, и эта отстраненность друг от друга с каждым днем становилась все явственнее.
Человек, с которым Ларису уже много лет связывали несколько странные любовно-дружеские отношения — или, скорее, дружески-любовные, — собрался наконец жениться. Это был майор милиции Олег Карташов. Совсем недавно Олег Валерьянович встретил-таки женщину, с которой ему было комфортно и которая, похоже, полюбила его. Лариса же относилась к нему по-другому — более рационально и снисходительно. К тому же она была замужем, а Карташову в его возрасте пора было определяться в личной жизни. Понятное дело, что он выбирал стабильность и определенность в лице своей новой пассии.
Ресторан «Чайка», владельцем которого являлась Лариса, начал испытывать некоторые трудности. Объявились конкуренты, которые захотели прибрать к рукам этот лакомый кусок. Пользуясь блатом в органах власти, они начали кампанию, постоянно вставляя всяческие палки в колеса. Палки эти представляли собой то санэпидстанцию, то налоговую полицию, то другие проверяющие ведомства. А недавно Ларисе один чиновник мэрии намекнул на то, что будет лучше, если она продаст ресторан в другие частные руки.
В довершение ко всему, собрался увольняться с работы верный заместитель Ларисы, администратор «Чайки» Дмитрий Степанович Городов. Он вроде как нашел какую-то новую выгодную работу. По крайней мере, смущаясь, краснея больше обычного и мямля слова-паразиты вроде «значит», «это самое» и «в общем так», он объяснил ей это именно так. Хотя Лариса подозревала, что Городов просто собрался уезжать на постоянное место жительства в Израиль, куда ему обещала сделать вызов бывшая жена.
Психологическое состояние Ларисы в этом круговороте проблем было не очень комфортным. И потому с вечера, просидев в одиночестве дома, она набрала номер телефона, все еще сомневаясь, стоит ли это делать — Лариса никогда не обращалась к профессиональному психологу. Но этот человек был ее старым знакомым, и она наконец решилась. — Лариса, я рад слышать вас в этот весенний вечер, — как всегда доброжелательно начал разговор Анатолий Курочкин.
— Увы, не очень-то весеннее настроение, — сразу же задала тон разговора Котова.
— Вы хотите развеяться? В хорошей компании, чтобы достойно окунуться в циничную беспощадность надвигающейся ночи?
Лариса невольно рассмеялась. Курочкин своим изысканно-высокопарным стилем сумел вызвать у нее веселье. Хотя бы натужное, как сейчас.
— Я хочу поговорить с тобой как с психологом, Толик, — честно призналась она.
— Вот как? — осторожно спросил Курочкин. — Ну что ж, я готов.
— Услуги твои, разумеется, будут хорошо оплачены, — сразу же оговорилась Лариса.
Она знала, что Курочкин, несмотря на свою интеллигентную рафинированность, был очень меркантильным малым.
— Ну, полагаю, нам нужно встретиться, — сказал Анатолий.
— Конечно. Завтра суббота, можно сразу с утра. Мужа не будет, он на три дня улетел в Москву.
— Очень хорошо, — ответил Курочкин. — Территория, как я уже понял, твоя.
— Да, в девять будет удобно?
— Лучше в десять, — поправил Курочкин. — В последнее время поздно ложусь, читаю до трех ночи.
На этом разговор и окончился. Лариса на ночь приняла таблетку реланиума и довольно спокойно, как ей показалось, заснула. Но утром все проблемы снова навалились на нее, и приход Толика пришелся прямо на обострение Ларисиной депрессии.
Неожиданно раздавшийся звонок прозвучал тревожной трелью. Лариса Котова, которая в это самое время подробно описывала психологу свое удручающее состояние, поморщилась, но трубку все же взяла.
— Лара, миленькая, помоги! Я обращаюсь к тебе как к богу! Вернее, как к человеку, умеющему решать чужие проблемы… — зазвучал в трубке взволнованный голос.
— Кто это? — еще не собравшись с мыслями, спросила Лариса.
— Как? Ты меня не узнаешь? Это Вера… Вероника Панаева, — голос в трубке прозвучал несколько обиженно.
— Ах, извини, — машинально отреагировала Котова. — Что у вас там стряслось? Опять проблемы с мужем? Вы же, кажется, решили мирно расстаться?
А в голове у Ларисы промелькнуло ехидное: «Надо же, еще лезет решать чужие проблемы! Выходит, новая русская бизнесменша превратилась в неисправимую альтруистку!»
— Дело в другом. У нас не проясняется ситуация, с кем останется Коля, наш сын, — Вероника Панаева проявляла раздражение и нетерпение.
— И ты, конечно, хочешь, чтобы мальчик воспитывался тобой?
