Финн потащил меня прочь, но я остановилась и оглянулась на больницу. Там теперь сновали люди.
– Я убила его? Все кончено?
Он потянул меня за руку.
– Бежим, Эм!
И мы побежали.
Когда Джеймс вылетел из комнаты, Вивианна извинилась и ушла в туалет, а я прошла к окну и стала смотреть на задний вход в больницу. Джеймсу хватило минуты, чтобы выйти. В синем медицинском костюме и черной куртке он был неотличим от работника больницы, но я бы узнала его даже с закрытыми глазами. Он некоторое время расхаживал по пандусу для скорых, а потом уселся на низкую каменную стену, ограждающую подъездную дорожку. Опустил голову и спрятал лицо в ладонях.
У меня за спиной Финн все шуршал колодой карт. Даже сам звук этот был сердитым; нетерпеливое шуршание карт словно осуждало меня за то, что я не в состоянии позволить Джеймсу даже минутку побыть наедине с собой.
Мне представилось, как Джеймс стоит в двери и кричит на меня, чтобы я оставила его в покое. На глупого щенка, вечно бегающего за ним по пятам.
Да, не так я себе представляла эту ночь в своих мечтах.
Лус отложила вязание и попыталась взять меня за руку, но мне не хотелось сейчас, чтобы ко мне прикасались. Я скрестила руки на груди и ущипнула себя за сгиб у локтя, чтобы не заплакать. Я не собираюсь больше плакать при Финне Эбботте. Внизу Джеймс встал и принялся размахивать руками, чтобы согреться.
А потом что-то грохнуло.
Это не было похоже на тот звук в актовом зале. Расстояние в три этажа, шум города и толстые стекла сделали его более похожим на хлопок, чем на выстрел, но я все равно завизжала. Я словно снова очутилась в актовом зале и увидела, как на груди Ната расплывается красное пятно – только теперь это был Джеймс, и мне нечем было дышать.
– Да это просто у кого-то выхлоп в карбюраторе, – сказал Финн.
– Нет! – Я прижалась лицом к стеклу. Джеймс все еще стоял, и он был цел, но казалось, что до него тысяча миль. Я уперлась руками в стекло, словно могла как-то дотянуться до него. Джеймс смотрел в сторону автостоянки. Я проследила за его взглядом и увидела ее. Девушку. Лицо ее скрывала темнота. А в руке был пистолет.
Из меня словно вышибло воздух. Время еле ползло. Девушка упала за машину, а парень – я лишь теперь заметила его – наклонился и поднял ее. Они пустились бежать, но девушка остановилась под фонарем и оглянулась на больницу. Их лица, ее и парня, который пытался утащить ее прочь, внезапно оказались на свету.
Мир покачнулся, и я схватилась за голову. Кажется, у меня галлюцинации.
Из больницы выбежали полицейские в черной форме, и время двинулось дальше. Они окружили Джеймса и загнали его внутрь, несмотря на то, что он сопротивлялся и указывал на стоянку.
Мне не померещилось.
Кто-то только что стрелял в Джеймса.
Я выбежала из комнаты.
Я промчалась мимо лифта и побежала вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки. Где-то позади Финн звал меня. Я бежала, а перед глазами вновь вставало увиденное: девушка с пистолетом, парень, помогающий ей встать, она останавливается под фонарем и оглядывается на больницу…
На этом месте мой рассудок начинал сбоить. Потому что лица, которые я видела – пускай издалека, пускай в темноте, – были такими знакомыми, такими похожими на…
Я добралась до площадки первого этажа и выбежала в приемное отделение. Джеймс сидел в комнате ожидания, в окружении черных костюмов и полицейской формы. Больница гудела. Старший агент выкрикивал приказы медсестре, а та передавала их по системе громкой связи. Больницу заперли, никого не впускали и никого не выпускали, и я боролась с потоком перепуганных людей, пытаясь пробраться к Джеймсу.
– Джеймс! – позвала я. – Джеймс!
– Марина! – Он разглядел меня в толпе и помахал мне, и окружавшие его полицейские расступились, давая мне дорогу.
– Ты цел? – спросила я. – Что случилось?
Джеймс выглядел ошеломленным, но вроде бы не пострадал.
– Кто-то стрелял в больнице.
Финн догнал меня, и я услышала, как у него вырвалось: «О господи!»
Я ткнула его локтем.
– Вот видишь?! Я же говорила! Я видела стрелявших!
Полицейский, стоявший рядом с Джеймсом, оборвал разговор по радио.
– Простите, мисс, – вы сказали, что видели стрелка?
– Да. Я как раз смотрела в окно. – Я снова повернулась к Джеймсу. – Ты цел? Тебя не задело?
– Все со мной в порядке, – сказал он. – А вот ты белая как мел. Ты как себя чувствуешь?
Я чуть не рассмеялась, но у меня вырвался лишь сдавленный всхлип, и я кинулась ему на шею. Даже когда я зажмурилась, мир так и продолжал вращаться. Я коснулась головы Джеймса и попала рукой во что-то теплое и скользкое.
– Мисс, как выглядел стрелок?
Я отдернула руку и посмотрела на нее. На руке алело пятно крови.
– У него кровь! – Мой голос сделался тихим и слабым, и мне стоило немалых усилий заговорить громче. – Кто-нибудь, помогите! У него кровь!
Джеймс потрогал голову и с удивлением посмотрел на испачканные в крови пальцы. Суматоха вокруг него вспыхнула с новой силой, и его повели в ближайшую смотровую. Я пошла было следом, но полицейский, который до этого раздавал приказы, преградил мне путь.
