Мигель попытался вспомнить карту. География родины человечества входила в школьный курс. Если он верно понимал ситуацию, они сейчас находились к юго-востоку относительно центральной части Байкала. А Новый Иркутск – крупнейший мегаполис Восточного полушария – располагался к северо-западу от него. Старый Иркутск погиб после катастрофического по своей разрушительной силе землетрясения, случившегося в самом конце двадцать первого века. Землетрясение изменило исток Ангары, которая теперь брала своё начало гораздо ближе к острову Ольхон, и поменяло саму конфигурацию самого крупного естественного пресного водохранилища на Земле. Получается, им пешком до Байкала, потом переправиться через него и снова пешком? Он хотел задать вопрос, но O’Доэрти успел раньше и задал свой.
– Слушай, если всё так серьёзно, почему боевые дроны не висят сейчас над деревней и не ведут на нас охоту, поджигая всё вокруг? – спросил Конвей. Ему явно не очень хотелось тащиться на своих двоих сквозь тайгу невесть сколько километров. – Наверняка же тот, что мы сожгли, успел передать инфу на базу или что там у них!
– Может быть, передал, – сказала Ирина. – А может быть, и нет. И может быть, охота на нас ещё впереди. Молитесь, чтобы это было не так. На деревню же Вестминд напасть вряд ли решится, даже если захочет. Мы как-никак формально под властью и покровительством Нэйтеллы, и это уже будет фактически означать войну. Со всеми вытекающими. А ему это надо?
– Не знаем, – сказал Мигель. – Ты нам скажи.
– Не надо, – ответила Ирина. – Ни ему, ни Нэйтелле. И знаете почему? По одной очень простой причине. Они – трусы.
С этими словами она толкнула вбок дверь склада. Дверь бесшумно ушла в стену, и девушка шагнула за порог. Мигель, Конвей и Георг Пятый последовали за ней.
Мигель подумал, что сейчас, по всем законам жанра, из-за своего закутка должен, кряхтя, шаркая ногами и опираясь на палку, выползти дед-кладовщик.
– Сапоги, шапка-ушанка и этот… как его… ватник, – шепнул ему на ухо О’Доэрти. – Спорим, кладовщик так будет одет?
– Я всё слышала, – сообщила Ирина и громко позвала. – ДАРИНО, выходи, дело есть!
Послышалось жужжание, и в проход, залитый электрическим светом потолочных ламп, выбрался робот.
В одном Мигель угадал – это был очень старый робот. Такие, насколько он помнил историю робототехники, выпускались ещё до Большого Исхода. Это были первые роботы с примитивным искусственным интеллектом, но уже безусловно подчинявшимся Трём законам робототехники. Георг Пятый, стоявший чуть позади людей в свободной непринуждённой позе, являлся прямым усовершенствованным потомком этого ходячего антиквариата.
– Мама дорогая, – восхитился Конвей. – Сколько же ему лет?
– Гости спрашивают, сколько тебе лет, ДАРИНО, – произнесла Ирина. – Отвечай гостям.
– Двести семьдесят один полный год, три месяца и четыре дня, – ответил робот глуховатым мужским тенором. В отличие от Георга Пятого, он не был андроидом, хотя передвигался на механическом подобии ног, а его длинные двухсуставчатые манипуляторы отдалённо напоминали руки. Также у робота имелась «голова» с двумя круглыми объективами видеокамер спереди и выступами звуковых сенсоров по бокам и туловище, внутри которого располагались аккумулятор, компьютер-мозг и прочая начинка, необходимая для функционирования этого чуда техники.
– Это ДАРИНО, – сказала Ирина. – Деревенский Автономный Робот, Интеллектом Не Обделённый. Иногда, когда он тупит, мы зовём его ДАРИО, без «н». Прошу любить и жаловать.
– Очень приятно, – сказал Георг Пятый. – Меня зовут Георг Пятый.
– Я – ДАРИНО, – произнёс антиквариат. – Приветствую, коллега.
– Если нужна помощь, готов её оказать, – продолжил Георг Пятый. – В рамках приказов наших хозяев, разумеется.
– Разумеется, – повторил ДАРИНО. – Спасибо.
– ДАРИНО, нам нужно подобрать одежду и снаряжение для этих двух молодых людей, – Ирина показала на Мигеля и Конвея. – Маскировочные термокомбинезоны, обувь, рюкзаки со стандартным походным набором на десять дней, бельё, ножи, карабины…
– У меня есть оружие, – сказал Мигель.
– Я видела, – ответила Ирина. – Хорошая вещь. Но для тайги не совсем подходит.
– Что, неужели медведя не остановит? – усмехнулся Мигель.
– Если боевой дрон остановило, то остановит и медведя, – подумав, ответила девушка. – Просто у тебя короткоствол, а мы по тайге ходим с карабинами. Так повелось. Но в принципе я не возражаю. Не хочешь лишние килограммы таскать – не надо.
– Я не откажусь от лишних килограммов, – сказал Конвей.
– Это правильно. Значит, один карабин и патроны к нему.
В конце концов они составили список, по которому ДАРИНО и выдал им всё необходимое. Ещё около двух часов ушло на изучение и подгонку снаряжения, а также краткий десятиминутный курс пользования самозарядным карабином.
– Стрелял когда-нибудь? – первым делом осведомилась Ирина у Конвея.
– Да, – подтвердил тот. – Стандартный курс пехотной подготовки. Но не из такого оружия, конечно.
