Вот выходит парадокс. Хотят, чтоб им было хорошо. Знают, как надо, чтоб было хорошо. Но лично к себе, здесь и сейчас, это знание применять не хотят! считают это знание в данном конкретном случае неправильным, неприменимым, абстрактным, а вот себе хотят счастья конкретного, через обладание и достижение. И в результате страдают.
А и достигнут – так счастливы-то на минуточку, пока не привыкнут, или вообще на счастье сил уже душевных нет, или разочарован, что в натуре все не так выглядит, как в мечтах, и опять ведь мало, не удовлетворится. И понимает: был беден, молод, здоров, – балда, вот когда счастлив был, хрен ли этот особняк и дурацкий орден.
Счастье – это состояние, комплекс ощущений, настрой души, образ мировосприятия. Так и надо по идее стремиться к этому, а не наворачивать горы суетного хлама и страдать из-за его отсутствия или не того качества.
5). А зачем человеку вообще способность к страданию? Как это он так создан? Зачем, почему?
Чтобы различать хорошее и плохое, желательное и нежелательное? Счастье – бери, страдание – беги?
Это бы просто. Тогда страдание можно считать просто нагрузкой к счастью, обратной стороной медали, без которой не бывает. Подвиги через трудности, к звездам – через тернии, к славе – через муки и так далее. Или: э, счастье сейчас, а страдание потом, по том когда еще наступит, ладно, а пока понаслаждаюсь.
Но почему в старости, в покое, когда все пройдет, человек так отрадно вспоминает трудности, лишения, испытания – во время которых их отнюдь не хотел, а хотел только, чтоб их не было, чтоб скорей кончились? Походы, войны, жару, голод? Да уж запомнились, с ильные были ощущения, не забудешь… Потому что сейчас, из безопасности, приятно чувствовать по контрасту, сейчас-то все отлично?.. Это бы тоже просто…
Почему существует мазохизм? Патология, говорите? ' А почему, черт возьми, сильное наслаждение часто граничит с болью? Это знают все приличные любовники: «Сделай мне больно…»
А почему, кряхтя от наслаждения, хлещутся раскаленными вениками в парилке? Это ж разновидность самобичевания.
А почему граничит с мукой сильный оргазм, верх наслаждения?
А почему авантюристы, люди повышенной энергии, наслаждаются риском, игрой с опасностью, близостью смерти?
А почему манит страшное, ужасное: шагнуть с высоты в бездну; вонзить нож в человека; выматериться в открытом эфире по телевизору, помочиться в театре с балкона? И ежишься от ужаса и стыда, представляя это, – и тянет же что-то переживать эти чувства.
Тошнит детей, подсматривающих в щелочку скотобойни, – а тянет смотреть.
Киношные страшилки, катастрофы и кровавые сцены основаны на эксплуатации этого чувства.
Вернемся чуть выше. Жизнь – это комплекс ощущений. А инстинкт жизни повелевает жить. Чувствовать то есть.
И чувствовать не только хорошее, приятное, желательное, – но и «нехорошее», неприятное, нежелательное как бы.
Прожить – значит реализовать заложенные в организме возможности. Это уже мало зависит от сознательной установки. Это уже природа, устройство, имманентное свойство, так сказать.
И чем больше человек за жизнь испытал всего – т.е. перечувствовал разного, сильного, всякого, – тем полнее была, субъективно, его жизнь. Вот к этому он и стремится.
Способность к страданию – уже достаточная для него причина. Все, что может произойти с человеком – должно произойти! это и есть его жизнь: «Излишних», «запасных» способностей в природе не закладывается, в человеке в том числе. Все, что может функционировать – призвано функционировать.
«Кого возлюбят боги – тому они даруют много счастья и много страдания». «Для счастья потребно столько же счастья, сколько и горя».
Кто прожил более полную, богатую жизнь – тот, кто пробил только половину сферы чувств, счастье, или тот, кто пробил обе половины счастье и горе? Примерно так.
И еще одно… Страдание, как известно, побуждает к размышлению, к пониманию. А думать и понимать – это сила, функция, призвание, назначение, это лежит в основе всей человеческой деятельности, исходный пункт ее как именно человеческой. В этом уже некоторая, так сказать, прикладная полезность страдания.
Так что когда человек стремится к счастью – тут сознание маненечко его обманывает. Пилюлю подсахаривает, чтоб бежал шибче за положительным стимулом. Человек стремится и к счастью, и к страданию.
Это и есть – субъективно – самореализация.
6). А самореализация уже напрямую связана с самоутверждением. А самоутверждение происходит через поступки, действия. Почему?
Мозгу, конечно, можно искусственно поставлять ощущения – проще всего через наркотики и их отсутствие – вот тебе и верх блаженства, и эйфория, наслаждение – и депрессия, несчастье, страдание. Вроде, выходит то же самое. Ан нет.
