В создании современного корабля участвуют десятки научно-исследовательских институтов, сотни заводов различных отраслей промышленности. Все это повышает роль научного метода руководства строительством флота. Особенно остро встал вопрос об эффективности научно-исследовательских работ, о строгой системе оптимизации, обеспечивающей выбор наиболее рациональных вариантов решений, базирующихся на количественном анализе и военно-экономическом обосновании.
В связи с усилением влияния научно-исследовательских институтов на строительство нового флота повышалась роль политорганов и партийных организаций этих институтов. Главное политуправление СА и ВМФ стремилось глубже вникать в их работу, осуществлять предметное руководство их деятельностью. Начальникам политорганов, секретарям партийных организаций постоянно напоминалось о чутком, внимательном отношении к научным работникам, создании в коллективах творческой обстановки.
Вскоре состоялось собрание партийного актива, посвященное деятельности научных учреждений. На этом собрании обсуждались пути создания в институтах творческой обстановки, борьбы с проявлениями волюнтаризма и субъективных начал. На собрании присутствовали ученые - заслуженные конструкторы подводных лодок, надводных кораблей, ракетного оружия. У многих на лацканах тужурок сияли Золотые Медали Героев Социалистического Труда. Имена этих офицеров и адмиралов пока были известны узкому кругу людей. Слушая выступления ораторов, невольно думалось об их патриотизме. Все силы и знания они отдавали тому, чтобы сделать наши корабли лучшими в мире. Многие конструкторы в своих поисках шли неизведанными путями и смело преодолевали трудности.
На собрании выступил главный конструктор современных подводных лодок. В научном мире его имя стояло в одном ряду с именами конструкторов космических кораблей. Среди флотских учениях он пользовался огромным авторитетом. С трибуны собрания главный конструктор говорил о чувстве ответственности за создание достойных нашей страны кораблей, а также о том, что мешало ускорению конструирования новейших образцов подводных лодок.
После собрания состоялись встречи с руководителями институтов. Мне запомнилась беседа с вице-адмиралом-инженером Л. А. Коршуновым (ныне в отставке). Он был озабочен делами своего учреждения, говорил о научном прогнозировании, которое поможет в практическом решении многих крупных проблем. Внимательно слушаю его и вспоминаю прежние встречи. Каждый раз он обращался с просьбами только служебного характера и ни разу не коснулся личных проблем. По всему чувствовалось - он жил заботами своего коллектива и старался выполнять возложенные на него задачи с честью.
- Как здоровье-то, Леонид Алексеевич? - спрашиваю его.
Коршунов удивленно посмотрел на меня.
- Пока не жалуюсь. А вот усталость ощущаю. Ведь мы, ученые, не знаем выходных. И в дни отдыха из головы не выходит захватившая тебя идея. Одержимость - это, по-моему, важная черта ученого.
Помолчав, Коршунов добавил:
- Сказать, что нас волнует? Это эффективность труда флотского ученого. Нам важно добиться от каждого максимума отдачи. Мы ведь поставлены на боевой участок.
Интересуюсь составом ученых. Леонид Алексеевич нарисовал полную картину и добавил:
- Мы стремимся пополнять свои ряды за счет способных, мыслящих офицеров с флотов, прошедших школу океанских походов.
- Правильно! В этом вас поддержат политорганы, - заверяю его.
Беседуя с конструкторами, я каждый раз как бы погружался в сложный мир научных замыслов, расчетов и еще больше убеждался, что через лаборатории институтов проходит передний край строительства океанского флота, А это требовало усиления партийно-политической работы в научно-исследовательских институтах, тщательного подбора руководителей парткомов и политотделов. Кстати замечу, что большим авторитетом среди научных сотрудников пользовались такие руководители партийных и политических органов, как А. А. Плеханов, В. В. Стрельцов, А. Ф. Ганжа, Г. Г. Антонов и другие.
Хочется добрые слова сказать о контр-адмирале-инженере А. А. Плеханове, который длительное время работал сначала секретарем парткома, а потом начальником политотдела научно-исследовательских институтов. Для него партийная работа прежде всего была работой с людьми. Он глубоко знал специфику того или иного института, особенности работы ученых, умел внимательно относиться к их нуждам и заботам.
